Сноха

А оказавшись в прохладе салона, падаю Вадиму на грудь.

— Какая же я дура, — шепчу, всхлипывая.

— Нет, Олюшка, — тихо усмехается Косогоров, осторожно укладывая мой затылок на мягкое кожаное изголовье. Смотрит… а вернее, пожирает глазами. Судорожно убирает с лица тонкие прядки, проводит ладонью по щеке, а потом, слегка коснувшись губ подушечкой большого пальца, залепляет мне рот поцелуем. И мне кажется, что, оторвавшись от земли, я лечу куда-то в пропасть. Низ живота пульсирует, а кружево бюстгальтера царапает затвердевшие соски.

Жаль, что в машине нет перегородки. Я бы отдалась Косогорову, не раздумывая. Видимо, эти же мысли блуждают и у него в голове.

— Давай заедем домой, — хрипло предлагает он, — а потом вернемся за Робертом.

— Хорошо, — мурчу я, прижимаясь к Вадиму. Забираюсь рукой под майку и тут же слышу его добродушный рык.

— Не балуйся, Олюшка.

Честно говоря, я с трудом помню, как мы умудрились доехать до дома. Как, взявшись за руки, взбежали по лестнице и, ворвавшись в спальню Вадима, срывали друг с друга одежду.

Или нет… не совсем так. Вадим захлопывает дверь и сразу прижимает меня к стене. Ухватив одной рукой волосы на затылке, впивается в мои губы долгим поцелуем. Другая рука, задрав подол сарафана, тянет в сторону тонкую полоску стрингов. Я выгибаюсь волной и хрипло стону, когда пальцы Вадима оказываются внутри. И как будто на машине времени оказываюсь в транзит-отеле аэропорта Бангкока. Словно слышу запах въевшегося в ноздри тайского антисептика и снова вижу обезумевший взгляд Вадима.

— Девочка моя, Олюшка, — шепчет Косогоров, раздвигая мои бедра. Подхватив под коленки, несет на кровать и, кинув на постель, нависает сверху. Слышу, как он расстегивает молнию на брюках. Ощущаю, как горячая плоть врывается внутрь. И погибаю… От любви, страсти, похоти… Не знаю. Одно понимаю точно, жить без Вадима я уже не смогу. Каждый толчок внутри возносит меня на вершину блаженства. Сминаю в непослушных пальцах простыню и снова проваливаюсь в нирвану. Выстанываю имя любимого и выгибаюсь дугой навстречу.

— Олюшка, — медленно приходя в себя, слышу довольный рокот. — Я люблю тебя, малышка. Чуть с ума не сошел, когда понял, что происходит.

— Ты меня спас, — шепчу я, устраиваясь на плече Вадима. Медленно провожу ладошкой по поросли на груди. И чуть дернув за волоски, шепчу еле слышно.

— Ты точно решил на мне жениться?

— Да, — резко заявляет он. — Мы же обсудили это. В туалете. Помнишь? Сейчас поедем за Робертом и купим кольца по дороге.