Жестокая сказка

Очередной спазм в желудке. Подавляю новый приступ тошноты. Гадко. От самой себя гадко. Зачем я пришла? Зачем? Дьявол, глупо теперь сожалеть.

Татьяна подает мне бокал, из которого я не делаю ни глотка. После переходит к оживленному представлению своего кандидата.

Слушаю, но ничего не соображаю. Мозг точно отключается.

- Я скоро вернусь, - щебечет девушка, исчезает в толпе.

Пытаюсь прочесть карточку гостя, который стоит передо мной, но буквы расплываются перед глазами. Даже цвет его маски от меня ускользает.

Отмечаю его худобу, довольно высокий рост. Больше никаких деталей. Пустота.

- Вижу, вы взволнованны, - мужчина улыбается, подступает ближе. – Понимаю, сегодня особенный день для вас. Буду безмерно рад, если остановите выбор на мне. Я щедрый человек. Не пожалеете. Но я люблю послушных девушек. Послушных и понятливых.

Что это подразумевает? Согласие на все подряд извращения?

- Я нежен и осторожен, - его пальцы скользят по моей руке, проходятся от локтя до оголенного плеча, поглаживают заледеневшую кожу.

– Я ценю красивые вещи. Я не вандал, а коллекционер. Признаюсь, лишать очаровательных дам невинности – моя пагубная страсть. Обычно я быстро теряю интерес, но с вами все иначе. Уверен, нас может ожидать долгое и приятное путешествие по волнам острого наслаждения.

Мой разум срабатывает исключительно на слово «острый». Рисуются самые жуткие картины. Он будет резать меня? Пытать? Какие наслаждения приготовлены для послушных девушек? Почему именно «острые»? Что за чертова метафора?

Наконец, разбираю надпись на его карточке.

«Данте». Поэт? Очередной постоянный посетитель заведения? Стоп. Я себя зря накручиваю. Очень зря. Нужно успокоится. Причем поскорее. Нужно дышать глубже.

- Как вы реагируете на боль? – вдруг интересуется он. – Насколько у вас высокий порог восприятия?

- Зачем вы спрашиваете? – нервно веду плечами, пробуя сбросить его пальцы, избавиться от неприятного касания, только напрасно, хватка становится жестче.

- Вам двадцать три, если я правильно понял, - заявляет небрежно, нарочито лениво, а после перемещает ладонь так, чтобы провести по моим ключицам, будто ненароком задевает грудь, движется еще ниже, ухватывая талию. – Чем позже рвется девственная плева, тем больнее это ощущается. Однажды мне довелось опробовать редкий экспонат. Тридцатилетнюю девственницу. Как она вопила подо мной, как орала, как содрогалась под моим членом. Восхитительный опыт.