Жестокая сказка

Мое сердце пропускает удар.

- Что я могу сделать, чтобы его спасти? – вопрос вырывается рефлекторно.

- Тебе обязательно нужно кого-то спасать, - насмехается.

- Всегда есть способ.

- Нет, - отрезает холодно. – Совет давно вынес вердикт. Ему хоть как не жить. Слишком многим успел перейти дорогу.

- Совет клана? – грудь перехватывает металлический обруч. – Невозможно. Ахметовы древний род. Никто бы не позволил себе пойти против них, особенно сейчас.

Мои познания относительно реальной власти и положения клана Ахметовых довольно скупы, но очень хочется верить в истинность озвученных слов.

- Эти кланы ничего не решают, - замечает Граф. – Мелкие сошки. Всем управляют совсем другие люди, действительно влиятельные и серьезные. Ахметов рулит ситуацией в своих мечтах, уверен, будто добился принятия в высший круг, но он пушечное мясо. Выводы делает, исходя из россказней шлюхи, которую я же подослал для слива секретов. Глупец получает лишь ту информацию, что я готов ему выдать."

"Вот про какой совет говорила та безумная немка.

Организация, стоящая над кланами. Вот, кто по-настоящему здесь управляет. Выходит, женщина шпионила? Водила Рустама за нос? Отказываюсь принимать такую правду. Полагаю, она ему призналась. А значит, Ахметов предупрежден, понимает, насколько все плохо. Надеюсь.

- Забудь его, - приказывает Граф. – Твой Рустам труп. Ночью червей кормить будет.

- Мой Рустам жив, – выпаливаю гневно, чувствую, как слезы струятся по разгоряченным щекам. – А вот ты надеюсь подохнешь!

Бью его ногой по больному колену.

Резко и яростно. Вырываюсь из заточения у стены, бросаюсь на выход. Вслед мне доносится странный звук. Приглушенный, надтреснутый. Не стон и не крик. Смех.

Этому гаду смешно? Отлично. В следующий раз постараюсь врезать посильнее. Желательно ножом. Пусть прочувствует боль получше.

Я мчусь вверх по ступенькам, несусь по коридору, врываюсь в свою комнату и захлопываю дверь, обессиленно опускаюсь на пол.

Что за чертовщина творится?

Абсолютно дикие чувства рвут душу в клочья, раздирают, выворачивая наизнанку, достают до самого нутра.

Жуткое притяжение. Гремучая ненависть. Близость Графа воспламеняет тело, а все его чудовищные слова про Рустама заставляют пылать от раздражения и негодования. Эмоции как огненный клубок. Нити спутаны. Нельзя расплести.

Одно знаю точно. Мой Рустам вернется. Всегда возвращается.

Глава 60

Стук в дверь заставляет меня содрогнуться всем телом, мигом вскочить на ноги, затаить дыхание.