Жестокая сказка

Его поведение смахивает на откровенное издевательство. Гад подвигает поднос с коктейлями, подает мне и Милане.

- Пейте, девочки, пейте, - щебечет он. – Не стесняйтесь.

- Назар, я не понимаю, - подруга бледнеет. – Что происходит?

- Моя прелесть, - смеется. – Пей. Давай. Без фокусов.

Ладно. Выпьем. Помешиваю содержимое стакана трубочкой. Хорошая трубочка, кстати. Металлическая. По виду – из нержавеющей стали. Удобно, помогает природу сохранять, не загрязняет окружающую среду как пластиковые изделия.

- Ты говорил, мы просто посидим, пообщаемся и…

- Пей, сука тупая! – гаркает Назар.

Милана затравленно оглядывается, всхлипывает, явно ищет поддержки. Только поздно. Теперь для всего поздно.

Здоровяк нависает надо мной с очень красноречивым видом. Склоняюсь, обхватываю трубочку губами. Делаю несколько глотков. Точнее – делаю вид, что делаю. Кривлюсь, морщу нос.

- Мерзость, - выдыхаю, вытягиваю трубочку из стакана, поигрываю ее, перекатывая между пальцами, мотаю головой.

Милана вынуждена подчиниться и попробовать коктейль. Кажется, пьет по-настоящему. Ответа о содержимом никто из присутствующих не дает. Проклятая интрига. Второй здоровяк поднимается, разминает кулачищи.

А вдруг это не люди Ахметова? Вдруг это кто-то совсем посторонний? Липкий ужас пробирается под кожу. Один вариант хуже другого. Мало радости при любом раскладе.

Откидываюсь на спинку стула, прикрываю глаза.

Милана теряет сознание. От пары глотков ее полностью уносит.

Я следую ее примеру. Стараюсь усыпить всякие подозрения. Изображаю обморок.

Назар смеется.

- Спящие красавицы, - бормочет он. – Прелестные девочки готовы к транспортировке. Пакуйте их. Нечего тянуть. Охранникам скажете, что эти шлюхи набрались халявных коктейлей и отъехали. Ясно? Все, вперед, хватит сопли жевать.

Его голос резко меняется, становится удивительно жестким.

Ждать больше нельзя. Надо действовать. Когда здоровяк обхватывает меня, приподнимая, вонзаю ему в руку стальную трубку.

Разъяренный вой – лучшая награда. Вырываюсь из ослабевшей хватки и бросаюсь к окну, открываю, встаю на подоконник. От высоты кружится голова.

Черт возьми. Я успела забыть, что это не первый и даже не второй этаж.

- Тварь! – меня сдергивают, оттаскивают назад, заламывают руку, заставляя выронить единственное орудие защиты. – Сука гребаная. Ты заплатишь…

- Вырубай, - приказывает Назар.