Жена поневоле

 — Я хочу поступить по справедливости.



Глава 30

Эти десять минут кажутся самыми длинными в моей жизни. Налимов стоит, нервничая и сильно потея. Телохранитель Юсупова не двигается и, кажется, даже не моргает. Юсупов невозмутимо держит Багратова на прицеле револьвера.

Когда раздаётся стук в дверь, он кажется громом среди ясного дня.

— Открой, — командует мне Юсупов.

Он не сводит с меня взгляда, пока я принимаю из рук горничной небольшую видеокамеру. Ставлю её на стол. Юсупов включает запись, просматривая последние записанные видео.

По мере просмотра его лицо темнеет. На записи видно дату и время. Видно, как Мадина встретилась в ресторане с Налимовым, как они уехали вместе. Шорох проследил за ними вплоть до особняка Налимова. Оттуда она направилась прямиком к отцу, уже потрёпанная и едва передвигала ногами.

Когда запись оканчивается, Юсупов сидит без движения минут пять. Потом резко сжимает камеру в кулаке. Пластик жалобно трещит.

— Ублюдок, — шипит он в сторону Налимова. — Ты сделал это с моей дочерью?

— Сделал что? — спрашивает Налимов, поняв, что лгать бесполезно.

 — Мы славно покувыркались перед тем, как я потрепал её. Всё было сделано по обоюдному согласию, — злостно огрызается мужчина. — Мадина была готова потерпеть немного ради возможности отомстить Багратову и избавиться от белобрысой проблемы!

— Хорошо… — Юсупов прикрывает глаза на мгновение. — Ильяс, вызови наших людей. Нужно проводить господина Налимова в одно очень тихое место.

Я не верю, что всё может кончиться. Я жду подвоха от всех.

Когда за Налимовым является кортеж из охраны Юсупова, я расслабляюсь на миг. Но успеваю заметить, как он пытается выхватить пистолет у кого-то из охраны. Его оглушают парочкой ударов и уносят прочь в бессознательном состоянии.

В номере остаёмся только мы трое: я, Дамир и отец Мадины.

— Мне нужно сделать один звонок…

Юсупов смотрит с вопросительной интонацией на Дамира. Тот согласно кивает, разрешая позвонить. Юсупов набирает чей-то номер.

— Алина Евгеньевна, доброе утро. Как состояние моей дочери? Чувствует себя хорошо? Отлично… Подготовьте её к гименопластике.

Да… Чем быстрее, тем лучше. Спасибо… И передайте ей телефон. На пару слов… — проходит небольшая пауза, прежде чем Юсупов начинает говорить дурным и злым тоном. Таким тоном даже с нагадившими собаками не разговаривают. — Ты обходишься мне слишком дорого, Мадина. Твои тупые выходки нанесли серьёзный урон моему бизнесу. Ты солгала и выставила своего отца кретином. Я этого не потерплю.