Жена конкурента

Их носили и муж, и Артур - оба знали, что с миром они не разойдутся, и оба подстраховались.

Макар почти три месяца носил гипс, сняли лишь на прошлой неделе."

"Бросила взгляд на голые руки Артура.

- В предплечье, - он усмехнулся, прочитав мои мысли. Оперся ладонью на открытую дверь и склонился ко мне в салон. - Что такое, Эмма? Волновалась за меня?

- Давай к делу, - ни за что на провокации не поддамся больше. Запрокинула лицо к нему. И нелюбезно повторила. - Чего надо?

- У тебя раньше были кудряшки, - его пальцы коснулись моих гладких, выпрямленных в салоне волос.

- На себя посмотри. Побриться пора, ты похож на орангутанга.

Я приврала.

Ему идет эта брутальная щетина, эта нарочитая небрежность, под футболкой просматривается крепкое натренированное тело...от него пахнет мужчиной, от него веет силой.

- Эмма. Полчаса со мной там, - глазами Артур показал через дорогу, - и ты свободна. Никто не узнает.

Покосилась на подсвеченную огнями вывеску гостиницы. Хмыкнула и подцепила с панели пачку сигарет.

Курить начала всего три месяца назад. И мужу это дико не нравится, но мне всё время хочется сделать что-то ему назло.

- Нет, - щелкнула крышкой стальной зажигалки и затянулась крепким дымом. - Иди и вызывай проститутку.

Артур молча, с любопытством, разглядывает меня. И даже не морщится, когда я выпускаю тонкие серые струйки ему в лицо.

- Тогда ты сейчас поедешь на освидетельствование, - сказал он спокойно, глядя мне в глаза. - В твоей крови найдут алкоголь, в машине наркотики.

Пауза, и я пытаюсь держаться, я верю, что Артур способен на это - подкинуть мне в машину какую-нибудь дрянь. У него в этом городе связей не меньше, чем у моего мужа, красные корочки в кармане и табельное оружие в бардачке.

И если на выборы Макара мне плевать, то на мою работу в универе - нет.

Пусть он только попробует мне что-то испортить.

- Пошел к черту, - сбросила с плеча мужскую руку и подалась вперед, на Артура.

Льдистые глаза сверкнули.

И уклониться я не успела.

Артур сгреб в кулак мои волосы и рывком притянул к себе.

Грубая щетина царапнула подбородок, горячий язык обжег губы, голова закружилась - он будто ударил меня.

Но он целует. Глубоко и бесстыдно, так, словно изголодался, извелся, измучился, длинные пальцы зарылись в мои волосы, ладонь давит на затылок, не давая мне отстраниться.

Я обещала себе.