Заучка для боксера

 — Малинка, я, конечно, все понимаю — праздник и ты устала сдавать экзамены, но я тебя, жизнь моя, предупреждал, чтоб ты даже пробку не нюхала. Тебя ж от одного запаха уносит.

— Я так тебя люблю, — промурлыкала заучка мне на ухо, явно не желая продолжать тему своего начинающего пьянства.

— И я тебя, — я поплыл.

Я вообще каждый раз плыл, когда она мне в любви признавалась. А Малинка еще и ноготками мне затылок гладила, и я забыл, что хотел сказать.

— Артур, он правда первый начал. Мы девочками собрались у Арины в комнате.

— Ясно, — философски вздохнул я. Подумал и решил: — я тебе потом еще пару ругательств расскажу.

Малинка чмокнула меня в щеку и сладко зевнула.

— Утомилась, алкоголик мой начинающий? Сорок пять килограмм смелости и отваги.

— Пятьдесят уже, — поправила меня заучка.

— Это же совсем меняет дело! — обрадовался я. — Если пятьдесят, то уже можно лупить профессионального боксера.

— А я утром тебе пирог испекла, — призналась Малинка, — твой любимый, лимонный. Пока ты на тренировке был.

— Хозяюшка моя, — расплылся я в улыбке.

— Поставь меня на ноги, — попросила моя жена.

— Не-а, донесу. Ты все экзамены сдала?

— Последний на отлично сегодня. Спасибо, если бы ты не помог, я бы не справилась.

— Меня без собеседования взяли. И без испытательного срока, — хмыкнул я, — даже не стали ждать, пока я в универе все дела порешаю. Так что ты теперь жена не студента, а опера. Жека подсуетился.

— Я тобой горжусь, — призналась Малинка, — ты самый лучший.

— А то! А ты замуж не хотела. Надо было тебя сразу в загс вести, а я месяц терпел! Столько времени потеряли, — наигранно возмутился я.

— Кстати, о загсе! Мама выходит замуж, — возмущенно сообщила мне жена.

— За кого? — поперхнулся я.

— За друга твоего дяди, с которым они вместе бокс преподают, — фыркнула заучка.

— Фига се… — присвистнул я.

С дядькой Робом у Инги Сергеевны завязались крепкие дружеские отношения. Уж не знаю, на какой почве они сдружились, но так получилось. А теперь вон, оказывается, как. Замуж за дядькиного друга.

— Ну, совет да любовь, — решил я.

— Она беременна, — с непередаваемой интонацией продолжала Малинка.