Запрещенная реальность. Том 1

Как сообщил «доброжелатель», причина крылась в действиях самих же омоновцев, за три дня до того проверявших паспорта на рынке. У одного из мужчин отобрали паспорт — он оказался простым учителем, — завели в автобус и били дубинками вшестером, пока не устали. Якобы он «сопротивлялся». Заявление потерпевшего, отправленное на Петровку, оставили без внимания, и тогда вмешался «Стопкрим».

Второй случай произошел шестого июня: в двадцать пятое отделение милиции в Марьиной Роще вошли трое неизвестных и отметелили пятерых омоновцев и дежурных милиционеров.

Причиной расправы было избиение семьи: ночью вошли трое в бронежилетах, с автоматами (выяснилось, что по ложному доносу — искали бандита), уложили пятидесятипятилетнюю женщину на пол, а когда стали укладывать мужа, тот заартачился. Сломали ему нос, ребро, женщину пинали ногами, досталось и десятилетней внучке, прибежавшей на шум. Трое били, двое наблюдали из коридора. Троим, участвовавшим в экзекуции, «чистильщики» поломали носы, челюсти и ребра, а двоим «наблюдателям» только ребра. Милиционеры отделались синяками."

"Девятого июня патруль на Ленинском проспекте, двадцать пять человек, вломился в офис торгово-издательской фирмы «Глас народа» под предлогом поиска оружия. Сотрудников поставили к стенке, обыскали, избили, изъяли наличные деньги, кассир от удара по голове получил тяжелое сотрясение мозга. Выручку забрали, прихватив кое-какую аппаратуру. А двенадцатого мая всех принимавших участие в рейде избили до крови, даже отдыхавших дома после «трудов праведных».

Были и еще случаи.

Министр снял очки, поднял глаза на начальника ГУВД, тихого, малорослого, незаметного и незапоминающегося. Тот выдержал взгляд не мигая, демонстрируя хорошую выдержку. Генерал Давидский Семен Вениаминович, начальник МУРа, тоже находившийся в кабинете, кашлянул.

— Они перестали бить по площадям, Иван Кузьмич. Теперь «Стопкрим» наносит точно выверенные удары, стремясь устранить причины, а не следствие, как раньше.

— То есть?

— Рэкетиры, бандиты и воры — вторичные криминогенные структуры, первичные же — дельцы теневой экономики, владельцы коммерческих фирм, в большинстве своем попирающие закон, отмывающие грязные деньги, связанные с преступниками напрямую.

«Чистилище» выходит именно на них да на чиновников госаппарата, работающих под контролем мафии.

— Но здесь не все жертвы — коммерсанты. А наши люди?

— Среди тех, кого наказали «чистильщики», не должно быть наших людей. Бандиты в форме — это еще страшнее.