Запрещенная реальность. Том 1

 — Президент «Рюрика» сложил документы в «дипломат», обнял Соболева за плечи и повел к выходу. — Не обращай на них внимания, терпи. Шаровский — классный специалист, я без него как без рук, а так — давно бы уволил.

В приемной их уже ждал главный бухгалтер с таким же «дипломатом», хмурый Алимбаев и Баблумян, шутивший с Людочкой. Он не скрывал, что неравнодушен к ней.

— Не мало защитников берете? — спросил он и подмигнул Матвею. — Я бы посоветовал взять еще пару ребят.

— Хватит, мы не собираемся ни с кем воевать.

— Тогда хоть вооружитесь посерьезней, сейчас кругом стреляют.

Не дал воровать — стреляют, не дал хамить — стреляют, да даже просто обогнал иномарку — опять стреляют!

Подняв бровь, Афонин в сомнении замолчал.

— Хватит пистолетов, — негромко сказал Матвей: у него, как и у всех охранников фирмы, было разрешение на ношение оружия.

— Тогда возьмите хотя бы еще «КС», — никак не мог успокоиться Баблумян, проявляя несвойственную ему заботу.

Подумав, Афонин кивнул. Матвею пришлось возвращаться в дежурку и брать из сейфа помповое ружье «КС-23», которое могло, кроме патронов калибра двадцать три миллиметра, стрелять контейнером «черемухи», а также пластиковыми пулями «стрела-3», резиновыми шариками «волна-Р» и зарядом картечи.

У Алимбаева, насколько помнил Матвей, был швейцарский «ЗИГ-зауэр», сам же Соболев носил армейский «ПМ-М» под девятимиллиметровую пулю с магазином емкостью двенадцать патронов. Конечно, он мог бы достать себе личное оружие и более экзотического вида, но не считал нужным делать это, так как не собирался применять его.

Афонин сел в свой синий шестиместный «шевроле» рядом с водителем. Шаровский, Алимбаев и Матвей устроились сзади. Матвей поймал темный, рыскающий взгляд охранника, и ему сразу перестала нравиться предстоящая поездка. Что-то в ней было тревожное, поспешное, неподготовленное, суматошное. С бухты-барахты такие поездки не делаются, их надо обдумывать и готовить заранее, даже если кто-то из директоров Союза банкиров и предпринимателей и приказал президенту «Рюрика» явиться немедленно «на ковер».

Пока выезжали за город, в основном молчали, изредка перекидываясь репликами, а за Луховицами разговорился Шаровский, пересказав вычитанную в газетах историю о преступной группировке в Воронеже, шерстившей коммерсантов. Банда занималась тем, что насильно заставляла предпринимателей передавать ей недвижимое имущество, отстегивать немалые суммы за «охрану», получать по подложным документам кредиты в банках и отдавать ей.