Запрещенная реальность. Том 1

— Не торопись, — преградил путь Матвею стриженый. На его мышцы страшно было смотреть. Пришлось начать первым.

Матвей метнул голыш в спину бритоголовому, попав прямо в мускулистый складчатый затылок, и прыгнул в подкате к горилле.

Стриженый, конечно, знал толк в боевых искусствах и даже сумел поставить блок, но не имел понятия о том, что разработан и применяется комплекс приемов «импоссибл» из самых невозможных положений и стоек, и поэтому пропустил удар в висок — Матвей нанес его с выходом из спирали подката и с поворотом на девяносто градусов.

Стриженый рухнул тяжело, как шкаф. Свалить его можно было, пожалуй, только таким приемом. Казалось просто немыслимым пробить его чудовищный мускульный каркас и найти уязвимые точки тела."

"Матвей снова переоделся и, хотя началась тревога и здание хелс-клаба превратилось буквально в муравейник, легко ушел через тот же канализационный люк в подвале.

— Не ходи! Здесь…

ПЕРЕХВАТ ПЕРЕХВАТЧИКА

Телефонный звонок раздался в семь утра, когда премьер завтракал в постели: телятина маренго, катиго из угря, куриный бульон, черничный морс, сладкие булочки.

Вышколенная молодая жена — Михаил Сергеевич был женат третий раз — принесла радиотелефон.

— В эфире. — Краснорыжин взял трубку.

— Линия? — раздался в трубке голос министра обороны.

— Чисто, на защите.

— На завтрашнем заседании Совета безопасности я внесу предложение очистить столицу от криминальных структур с помощью армии. Поддержишь?

— Какой смысл?

— По крайней мере еще год-другой власти.

— Армии с Куполом не справиться, не ее это работа.

— А я и не собираюсь сражаться с мафией, нужен карт-бланш для любых действий и шум для общественности. Под этот шумок мы ликвидируем всех противников, и уголовных, и политических, а ликвидацию спишем на «Чистилище».

— Ельшин не согласится, у него свои методы достижения стабильности в центре.

— Конечно, не согласится, ведь он президент Купола.

— Что?!

— Можно подумать, ты не догадывался.

Михаила Сергеевича бросило в пот, он выразительно посмотрел на жену, и та неслышно исчезла из спальни.

— Ты серьезно?

— Кончай притворяться! — рассвирепел министр. — Все мы в одной упряжке, все одной веревкой повязаны.