Закон подлости

И молчал весьма красноречиво, было понятно, что он с ней не согласен. А потом сказал:

- Он сделал всё, чтобы от меня избавиться.

- Это неправда. Дима очень переживал. И ты не должен так думать про него.

- Машка, поедем со мной.

- Ты с ума сошёл?

- Нет. Поедем. Мы начнём всё сначала, как ты и говоришь. В Лондоне начнём сначала.

Она задохнулась, глаза закрыла. Потом попыталась сделать глубокий вдох.

- Стас, я не поеду.

- Тебе так хочется заниматься этой грязью?

Она головой покачала, будто он мог её видеть.

- Дело не в этом.

- В нём? В нём дело? – Его голос звучал нетерпеливо и раздражённо.

- Нельзя просто взять и повернуть назад. Нельзя притвориться, что ничего не было, ничего не случилось. Возможно, один ты сможешь это сделать, а вдвоём… мы станем друг для друга ежедневным напоминанием.

- Ты не можешь его любить.

- Я могу, Стас.

- Это какой-то бред. – Он пьяно засмеялся в трубку. Пьяно и горько. Кажется, куда-то шёл, молчал, потом вздохнул. Но телефон не отключал. – Как так вышло, Маш? Как так получилось?

- Я не знаю.

- Я так хотел сделать тебя счастливой. А теперь что получается, что я уезжаю, а тебя оставляю с ним?

- Стас, не говори так. Он твой дядя, он твоя семья, и так будет всегда. Это я лишняя. Я влезла между вами. Но ты не должен винить его.

- А кого мне винить?! Тебя винить?

Маша попыталась справиться с дыханием.

- Вини меня, - разрешила она ему. – Я не знаю, что будет, не знаю, что выйдет из наших с Димой отношений, возможно, ничего.

- А ты меня за это ругала, - напомнил он.

Маша прикусила губу, вдруг осознав, что готова расплакаться. Слёзы встали в глазах, и у неё не получалось загнать их обратно. На пару секунд прижала пальцы к губам, сглотнула.

- В Лондоне ты начнёшь самостоятельную жизнь. Без него. И без родителей.

- Ты забыла, с кем ты говоришь, я всю юность жил без них.

- Тогда ты был мальчиком. А сейчас мужчина.

- И тебе этот мужчина не нужен.

- Я не могу ничего изменить. Прости.

Он опять молчал, Маша слышала только звук шагов. А потом Стас сказал:

- Я не знаю, как я смогу уехать.

- Всё будет хорошо, - сказала она ему, и эти слова стали окончательной точкой. И отсчётом чего-то нового. – У тебя всё будет хорошо.

- А у тебя?

- И у меня. Когда мы увидимся в следующий раз, - горло неожиданно перехватило спазмом, - мы будем совсем другими.