Второй шанс для генерала драконов

И еще теплая, нагретая жаром его тела. Отдернув руку, замолкаю.

В его близости горло пересохло. В мыслях путаница. Говорить тяжело. А уж связно говорить…

Как составить из каши, что сейчас царит у меня в голове, убедительную речь?

Молчу.

Разглядываю щетину на его подбородке. Чувствую снова приятный запах вереска и можжевелового дыма. Кожей ощущаю его бешеную энергетику, от которой одновременно слабеют коленки, и в то же время тянет к этой силище прикоснуться.

Он твердыми пальцами поднимает мой подбородок повыше.

— Ты не за разговорами пришла в мою спальню. Вижу по глазам, что тебе надо куда больше. Итак. Что тебе понадобилось в моей спальне, Цве-то-чек?

Вот Бездна! Как он догадался? Как прочитал меня и мои намерения? Если он узнает про волос, который зажимаю в правой руке, то все поймет? Или нет?

— Нет, нет. Я просто хотела поговорить, — бормочу, но, судя по его реакции, он явно чувствует ложь.

Бездна, зачем я вру? Ведь за вранье в его окружении отрубают язык.

Драгос хмурится:

— Зачем ты пришла на самом деле?

— Я хочу изменить ход своей судьбы, — каждым словом теперь стараюсь идти по кромке правды, не раскрывая всей сути. — Я надеялась, вы мне поможете. Не хочу быть замужем против воли.

— Значит, у тебя есть только один вариант, — усмехается дракон, подходя еще ближе… хотя куда уж ближе?!

Его слова внушают надежду. Неужели он меня услышал? Понял, что нам нужно развесить?

Коротко выдыхаю:

— Какой вариант?

— Поменять свою волю, — жестко чеканит мне в лицо и тут же добавляет: — Я заставлю тебя захотеть, Цветочек.

— Что вы имеете в виду? — растерянно моргаю.

Он вдруг быстрым движением наматывает мои распущенные волосы на кулак и оттягивает голову назад, сбивая мое дыхание этим резким движением. Не больно, но… Мне даже не дернуться никак. Я теперь вся в его власти, и это ужасно пугает.

Что за Бездну он себе позволяет?

Внезапно его глаза темнеют — так, что даже зрачков не различить в радужке.

— Ты приехала ко мне в замок. Пришла в мою спальню. Сама. Никто тебя не тащил. Хочешь играть со мной? Думаешь, можно дразнить меня бесконечно? Меня?!

Так вот что он подумал?! Что я с ним играю? В ужасе распахиваю глаза, бормочу:

— Я не…

Вот только он отнимает право голоса, внезапно сминая губами мои. Миг — и я забываю обо всем. Чувства обострены до предела, будто нервные окончания оголились.