Второй шанс для генерала драконов

— Вдруг накажу тебя ни за что?

— Вы уже наказали меня ни за что, — не выдерживаю. — Я посажена под замок, несмотря на мои попытки вас переубедить. Какой смысл мне вам что-то доказывать?

Когда дерзкие слова слетают с языка, хочется запихнуть их обратно. Кусаю губы, что не умеют вовремя остановиться. Похоже, каждым новым словом сама себе рою яму, и реакция рыжей это подтверждает.

— Мой генерал, — вкрадчиво вступает Шаида, прижимая к пышной груди изящные ручки. — Прошу, простите вашу несмышленую супругу за неслыханную дерзость! Уверена, она не хотела вас задеть!

Генерал вскидывает ладонь в сторону лгуньи и, даже не посмотрев на нее, снова заставляет замолчать.

Сам тоже молчит. Прислушивается к чему-то, будто хищник на охоте.

К чему? К своему звериному инстинкту? Логике? Мыслям?

Внезапно он засучивает рукав на мощном предплечье, и я вижу на левом запястье массивный серебряный браслет. Наверняка, давно не чищенный, потому что такого темного оттенка серебра я не встречала давным-давно.

"Видимо, дракон тоже приходит к такому же выводу, потому что он, оторвав взгляд от украшения, вдруг хмурится и рявкает:

— Титас!

В комнату тут же заходит служака, что меня караулил. Стоит по стойке смирно, готовый броситься выполнить первый же приказ. А я недоумеваю. Зачем он позвал солдата? Потребует чистить браслет?

Меньше всего я оказываюсь готова к следующей фразе:

— Разыщи палача. Попроси его утром зайти ко мне. И вот еще что….

Зачем ему палач?

От ужаса меня прошибает испарина.

Испуганно всматриваюсь в бесстрастное лицо дракона, пытаюсь по мимике прочитать ответы, но его черты — будто непроницаемая маска.

Наконец, он бросает, кивком указывая на рыжую:

— Пусть пока сидит под замком в темнице.

Солдат хватает девушку за локоть, и та вдруг начинает верещать, как ненормальная. Так, что ушам делается больно. Машет руками, брыкается, вопит.

Так палач для нее?!

Вопреки всему становится ее жаль.

В памяти еще свежи собственные крики, когда меня вот так же схватили за руку и потащили в неизвестность.

Затыкаю уши.

Что за варварство творится в этих стенах?

Когда тяжелая дверь закрывается с громким хлопком и становится чуть тише, наконец, выпаливаю:

— Что вы хотите с ней сделать?

— Какое тебе дело? — пытливый взгляд умных глаз снова вчитывается в мое лицо.

— Нельзя же за ложь вот так… к палачу!

— Я разберусь без твоей подсказки, — говорит сухо.