Вспоминай меня ночью

Пожимаю плечами и перевожу взгляд на Алису, она стоит рядом с ними и тоже угорает. Спрошу у нее потом…

– Включи музыку! – громко говорит Шон, поднимаясь на ноги.

– Три минуты… – и Рон уходит с головой в свою технику.

Алиса и Шон подтягиваются к нам, освобождая сцену для Хлои. К Шону подходит костюмер и выносит три прозрачных пакета с костюмами. Тот быстро просматривает и забирает один, откидывая его в сторону.

Хлоя замирает.

Видео

Медленные, глубокие, но тяжелые звуки заполняют пространство. С первых ударов басов Хлоя приходит в движение.

Необычно. Без рывков. На грани стрип-пластики. Но ее амплитуда и акробатика круче. И экспрессия совершенно не похожа на стрипповскую. Ее грудная клетка - как резонатор каждого удара басов. Копна волос то медленно перетекает, то рассыпается, то упруго взлетает. Можно смотреть только на волосы и, все равно, увидишь цельный танец. Она управляет ими так же умело, как и телом. Ее руки не летают, не режут, и не взрывают сегодня – они гладят и формируют ее прекрасное тело под ритм музыки. Они давят на пространство возле нее, и оно с удовольствием поддается ее ласкам. Ее бедра и плечи - в постоянной антифазе, и сложно понять, как она удерживает равновесие. Она словно падает на каждое движение, но снова подхватывает себя и летит уже в другую сторону…

Страшно даже представить, как соблазняюще и страстно это будет выглядеть, если на нее надеть что-нибудь пооткровеннее, и включить соответствующее освещение. Потому, что даже сейчас, не имея возможности видеть ни кусочка ее тела, даже лица, я уже охренеть, как тверд.

– Пойдем, покурим… – утягивает меня со сцены Алиса.

Хочу остаться и смотреть. Но это возможность узнать, о чем говорили Хлоя Шоном, и я поддаюсь.

Проходя мимо ее гримерки, прохожусь пальцами по двери. Это мой маленький ритуал. Еще две двери, и мы в курилке.

– Подсади меня… – просит крошка, и я помогаю ей запрыгнуть на подоконник.

Элли извлекает неизвестно откуда косячок и, лукаво улыбаясь, предлагает мне взглядом.

Я качаю головой – мне сегодня много рубиться, расслабленность ни к чему.

Она с удовольствием затягивается и, подержав немного дым в легких, выдыхает. Чувствую сладкий запах дури.

– Вы че там ржали? – спрашиваю я, прикуривая.

– Шон откозил… - начинает хихикать она. – Хлоя в акробатическом этюде замерла, а он у нее спрашивает: «Ты интимными мышцами тоже так хорошо управлять умеешь?»… Она аж рухнула от неожиданности!

- ЧТО?!  - закашливаюсь я, задохнувшись дымом.