Вспоминай меня ночью

"

"Убираю телефон в карман и трогаюсь дальше под ее пристальным взглядом.

Хлоя достает одну бутылку теплого вина и, открутив крышку, делает несколько глотков.

Боюсь даже смотреть… Надо же как-то вести машину.

– Вкусно! – на светофоре протягивает бутылку мне, и я тоже делаю несколько глотков. Через силу. Потому, что она смотрит, как двигается мой кадык от каждого глотка, как тогда…

Черт… Хочу ее.

– Ты согрелась? – голос не слушается, и она улыбается, разглядывая меня.

Ее взгляд скользит по моей челюсти, по горлу и уходит куда-то за ворот моего свитера.

Требовательный вой клаксона сзади напоминает мне, что я, вообще-то, должен ехать. И я еду.

– Пристегнись, - прошу, все еще, тем же одуревшим голосом, но она не слушается, забирая у меня бутылку и снова прикладываясь к ней.

Доезжаем, наконец-то, до дома. Открываю ей дверь, помогая выбраться из машины и сходя с ума от того, как ее ножка на охерительно высокой шпильке упирается в асфальт. Разрез демонстрирует мне все прелести, и я послушно съедаю это блюдо глазами.

Возбуждение оттеняется жуткой ревностью – она провела в этом кружевном безобразии несколько часов в компании других мужчин. Они смотрели на нее! Он, бл*ть, целый вечер лапал ее глазами!

Прижимаю к себе и, надеваю на Хлою капюшон, перехватываю рюкзак и пакет из ее рук.

– Твое платье… – несет меня. – Порнографично.

Как и ты вся, собственно…

– Это не мой выбор, Лекс! Но мне, вообще-то, понравилось… Красивое...

Чей?

– Кто одел тебя в ЭТО? Валери? Не слишком - для семейного ужина?

С нее станется и голой выставить Хлою перед Ольваре.

– Семейный ужин… – фыркает, заходя в лифт. – Это был настоящий прием! Почти сорок человек! Это было ужасно…

– Кто выбрал платье? – заткните меня кто-нибудь!

– Не уточняла, – пожимает плечами. – Либо Вэл, либо Дэм…

Вдох поглубже...

– Он покупает тебе одежду? – моя рука бежит по ее бедру вдоль разреза и утыкается в  застежки от пажей на ее бедре! Б*яяя… – Белье?!

Перехватывает мою руку.

– Нет! Только платье. И я не знаю, кто его купил, – натягивается, как струна, в моих руках – злится. – И мне плевать, потому, что это - не подарок – я верну его завтра.

– Прости… – вытягиваю из лифта, прижимая к себе. – Просто… схожу с ума. Не принимай на свой счет!

И она расслабляется.

Только засовываю ключ в замочную скважину, как тут же везде гаснет свет.

– Твою мать…

– Сегодня - день сгоревшей проводки! – комментирует Хлоя.