Вспоминай меня ночью

Притормаживаю у ближайшего «Винного погребка», целую ее руку и под вопросительным  взглядом выхожу, оставляя Хлою в машине.

Спускаюсь по винтовой лестнице вниз и попадаю в мрачный псевдоготический винный магазин.

Девчонка за стойкой радостно распахивает глаза.

– Добрый вечер! Чем могу помочь?

– Добрый вечер. Вы можете, прямо сейчас, приготовить глинтвейн?

– Конечно! – суетится она. – Из какого вина? Какого объема? С какими специями?

– Что-нибудь некрепкое из сангрий, но дорогое. Две пинты. Из специй - корица и гвоздика.

Девушка уже выливает одновременно две бутылки красной жидкости в нагревающийся контейнер.

– Как упаковать? Бокалы нужны?

Вспоминаю нашу первую встречу и с улыбкой качаю головой – она не любит пить из бокалов.

– В две бутылки.

Нахожу глазами подходящие, из темного толстого стекла, и указываю на них.

– Может быть, еще шоколад?

– Да. Швейцарский. Молочный. Вот эту розу, – выбираю красивый шоколадный цветок размером с кулак. – И бутоны живых роз добавьте, пожалуйста…

Вспоминаю, кому обязан сегодняшним счастьем, и добавляю:

– И вот эту коробку конфет доставьте, пожалуйста, по этому адресу.

Пишу на бланке заказов адрес Алисы, добавляю в нужной графе подпись: «Одной гениальной Крохе…», выбираю подходящую открыточку – стебную девочку с сигареткой, улетающую на воздушном шарике – и вкладываю ее в бланк заказа.

Девушка озвучивает сумму, и я, добавляя щедрые чаевые, забираю из ее рук пакет со своими покупками. Она на секунду задерживает его в руках и…

– Приходите к нам еще…

Бл*ть… флиртует.

Знала бы ты, милая…

Флирт с безумно влюбленной элитной шлюхой - это… дело абсолютно неперспективное!

Не могу сдержать улыбку и, кивая, быстро выметаюсь.

Запрыгиваю в машину. Ее глаза закрыты, и она, все еще, улыбается.

– Хлоя… – голубые омуты тут же распахиваются и захватывают меня в плен.

Что я хотел сказать?

Забыл…

– Ты что-то купил?

Ах, да…

– Это глинтвейн, чтобы согреться, – передаю картонный пакет ей в руки. – И шоколад…

– Спасибо…

Ныряет рукой в пакет, а я не могу отвести глаз от этого движения, потому, что изящный рукав кружевного платья делает его, каким-то, мистическим.

В руке материализуется алый бутон, весь в каплях дождя. Подносит его к лицу и нежно ласкает его губами.

Это, бл*ть, невыносимо красиво!

– Замри… – шепчу, доставая телефон.

Ее глаза, в удивлении, распахиваются, но она послушно застывает. Я делаю несколько снимков, тут же выставляя один из них в качестве обоев на экран телефона.