Возвращение не гарантируется

Он и представить не мог, в каких условиях Скат слушает его сладкий баритон."

"Неизвестная Катя Строева что-то пела, но это его не интересовало. Моджахеды поднялись в атаку, Скат схватил заряженную «М-16» и прильнул к прицелу. Несколько точных очередей заставили их снова залечь, но стрельба не утихала. Снова вокруг щелкали пули, выбивая осколки из скал.

Несколько острых камешков, пробив одежду, вонзились Скату в плечо и предплечье, гранитная крошка вошла под кожу над левым глазом, струйка крови потекла на бровь.

«Лишь бы скорее выпустили Джен!» — думал он — и отвлекся. Из-за камня выглянул рослый моджахед с «шайтан-трубой» на плече. Твою ж мать! Скат быстро дал короткую очередь, промахнулся, лихорадочно выпустил вторую и, очевидно, опередил гранатометчика всего на долю секунды, потому что, завалившись на бок, он все-таки выпустил свирепого сказочного дракона с огненным хвостом, который полетел в сторону, запрыгал по камням и с грохотом вгрызся в скалу вдали.

Он знал, что это ненадолго, и быстро набивал опустошенные магазины. Зарядив одну винтовку, снаряжал следующую. Можно сказать, что все шло хорошо. Во всяком случае — нормально для той ситуации, в которой он находился.

На далеком концерте тоже все шло хорошо. Ведущий объявлял фамилии молодых исполнителей, названия песен, будущие звезды подносили ко рту микрофоны. На этот раз их голоса разносились не только под сводами прославленного Большого Концертного зала, но неслись над Кунжутским «плоскогорьем смерти», где действительно шел неравный бой не на жизнь, а на смерть, отражались от острых холодных скал, среди которых похоронен легендарный страшный сангхур… И певцы, и устроители конкурса, и даже сам мэтр Илья Васильевич Домбровский были бы очень удивлены, узнав об этом…

По подсчетам Ската, он уже обезвредил около десятка врагов.