Ваш кофе, босс!

 – Максим Викторович, кажется, ночник волшебный!

– Что ж, я рад, что ночник нашел новый дом.

В его серых глазах мелькнула печаль.

– А давайте за стол? – желая сменить болезненную тему, позвала я. – Бутерброды готовы! И пирожки давно разогрелись.

– Мама их сама пекла. Для меня! – забираясь на стул, гордо сообщил Ярик.

Я поставила перед ними белоснежные чашки и сняла с плиты чайник.

– Ваш чай, босс! – протянула Калинину чайный пакетик.

Он рассмеялся.

– Вы неподражаемы, Вера!

– Я же не виновата, что в кофейне из торгового центра работают сплошные юмористы!

Улыбнувшись, я устроилась напротив него и положила в свою чашку пакетик черного чая.

Странно, он был у меня в гостях впервые, но мне не было неловко от того, что вокруг беспорядок, а в правом углу лежат не доклеенные обои. Калинин распространял вокруг себя какую-то позитивную волну обаяния, и это заглушало все остальное. А от того, что у нас с ним была совсем небольшая разница в возрасте, я впервые в жизни не чувствовала себя рядом с мужчиной маленькой и глупой девочкой.

– Наверное, сложно не чувствовать вкуса? – с сочувствием взглянула на Калинина я.

– Если учитывать тот факт, что еще полгода назад я слыл гурманом, до, да. Сложно. Меня как будто лишили самого важного удовольствия в жизни.

– И что, вкус никак нельзя вернуть?

– Никто не знает. Доктора разводят руками.

– Будем верить, что все вернется.

Он вздохнул.

– Когда вы так говорите, мне тоже хочется в это верить.

– Вы скучаете по ней? – сорвалось у меня.

Он покачал головой.

– Не просто скучаю. После ее отъезда в Германию вся моя жизнь раскололась на до и после…

– Как жаль.

Мы немного помолчали.

– Макс, а у тебя дома есть елка? – вдруг спросил Ярик.

– Нет. У меня дома есть только медведь, – покачал головой Калинин.

– Настоящий?!

– Ну, почти.

– И у нас нет елки. Мама говорит, что елку можно будет принести только после того, как мы поклеим обои.

– Сегодня мы задержались. Там клеить-то всего пять полос осталось. Завтра после работы обязательно доклею, – пообещала я.

– Точно? – сморщил носик Ярик.

– Точно.

Мы допили чай, и Калинин начал собираться. У входной двери он обернулся.

– Спасибо за чай, Вера.

– И вам спасибо, – улыбнулась я.

– Увидимся завтра? – он, будто невзначай, коснулся моей руки, и по коже полетел ворох восхитительных мурашек.