В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Но вопросы всё множились и усложнялись, и конца им не предвиделось.

Теперь Гарри понимал, почему большинство маглорождённых предпочитали не вникать в обычаи чистокровных и жили, как привыкли жить дома. Миры магов и маглов слишком различались – можно было голову сломать в безуспешных попытках понять аборигенов, ведь не всем так везло с проводниками и советчиками, как Поттеру.

С точки зрения обычного британского школьника из семьи среднего класса, у магов царил сущий хаос. Гермиона была убеждена, что маги непоправимо отстали в своём развитии.

Она относилась к ним, как выходцам из средневековья и горела желанием просветить и наставить несчастных.

Сам Гарри придерживался папиной точки зрения – тот считал, что три века частичной изоляции развели магов и маглов довольно далеко друг от друга.

«Общество не может не развиваться, – писал Вернон Дурсль, – а потому глупо полагать, будто маги «застыли» в каком-то времени. За такое количество лет успела сформироваться самобытная и самодостаточная культура.

Кстати, твои письма о «средневековье» живо напомнили мне нравы из романов Фенимора Купера. Дикий Запад, как он есть – все вооружены и независимы, довольно слабая государственная власть и могучие патриархальные нравы. Чую, наш благодетель Дамблдор воюет вовсе не с тёмной магией, а с почти абсолютной властью отцов над их чадами и домочадцами».

– Поттер, с тобой всё в порядке? – обеспокоенно спросила Роберта.

– У тебя что-то болит?

– Нет, – благодарно улыбнулся Гарри. – Я просто устал, спасибо тебе за заботу.

Он решительно отогнал посторонние мысли и принялся описывать видимые признаки воздействия браслета на гриффиндорскую троицу и тщательно перечислять собственные ощущения при управлении артефактом. В конце концов, у него есть целых семь лет, чтобы хоть немного постичь устройство магического мира – незачем пытаться успеть всё и сразу.

Например, сегодня он совершенно зря схватился за два дела одновременно.

Трудный разговор с гриффиндорцами был затеян по настоянию папы, а браслет Гарри решил испытать самостоятельно.

«Вполне может быть, – писал папа, – что я предвзято отношусь к мистеру Дамблдору, и у всех его поступков был иной, неведомый мне смысл».

Вернон Дурсль предлагал ненавязчиво разузнать у директора волшебной школы о причинах высылки героя магической Британии за пределы родного мира.