В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

А как же дети твоего Дома? Не думаю, что Гораций согласится доработать хотя бы до конца года, он так рвался на пенсию…

– Нет, мадам Помфри, – горько усмехнулся Снейп. – Я остаюсь. Мне отказано в должности. По причине несоответствия требованиям о необходимой квалификации. Так что вы сказали правду – зельевар из меня никудышный."

"Он устало прикрыл глаза и, пока Поппи ошарашенно смотрела на него, отхлебнул давно остывший чай. Какие-то смутные, неоформленные мысли в голове лениво перетекали с места на место, и отчаянно хотелось заснуть и не просыпаться больше никогда.

Удар был страшен. Его талант по сию пору никогда и никем не ставился под сомнение. Звание Мастера зелий досталось Снейпу трудно, но не из-за отсутствия способностей, а из-за бедности и полукровного происхождения. Нужно было вдвое превосходить своих чистокровных конкурентов, с их фамильными рецептами, библиотеками и лабораториями.

Лорд Волдеморт, предоставивший отлично оснащённую лабораторию и давший карт-бланш на исследования, был спасением для юного и амбициозного полукровки.

Формально Снейп находился под началом Руквуда, на деле же вёл собственную линию исследований. Хотя именно Руквуд объяснил ему, что не вспышки озарения делают учёного учёным, а ежедневный методичный труд. «Пойми, дурашка, – снисходительно рокотал рябой невыразимец. – Гениев мало, а результат нужен всегда. Тебе за всю жизнь может присниться один-два рецепта, а выдавать их нужно намного, намного больше. Опыты и описания, опыты и описания, серии опытов и тома описаний – и тщательное осмысление всего этого добра по отдельности и в совокупности.

Снейп понял, и уже через пару лет о нём заговорили, как о перспективнейшем учёном и признанном мастере. Он работал сутками, ему отчаянно хотелось доказать, что не только потомственные гильдейцы могут заниматься тонким искусством зельеварения, что этот путь открыт для каждого – для каждого умного и трудолюбивого мага.

Ещё лет семь назад, уже будучи деканом Слизерина, Северус продолжал активно публиковаться, смело вступал в журнальные дискуссии и живо интересовался новейшими разработками. На практику времени уже не хватало.

Затем старые наработки закончились, а к новым он так и не приступил – преподавание, деканство, варка зелий для Больничного крыла и Альбусовы поручения съедали всё имеющееся время.