Уитни, любимая

– Когда вы собираетесь признаться его светлости, что ждете ребенка? – спросила горничная со слезами радости на глазах.

– Я немного не это хотела сказать ему, – засмеялась Уитни, погладив Клариссу по морщинистой щеке. – Собственно говоря, я… я и слова не пророню – пусть вот это все скажет за меня, – объявила она, поднимая распашонку.

– Думаю, сегодняшний вечер – самое подходящее время, – согласилась Кларисса.

И Уитни с веселой заговорщической улыбкой спрятала рубашечку в ящик бюро рядом с письменными принадлежностями и поспешила спуститься к ужину.

Она подождала, пока Клейтон допьет портвейн и они усядутся в бело-золотом салоне. Притворяясь полностью поглощенной романом, Уитни вздохнула:

– Не могу понять, почему я так устаю в последнее время.

Она не подняла глаз и поэтому не видела, с какой гордостью и нежностью смотрит на нее Клейтон.

– Неужели не можешь, родная? – осторожно спросил он.

Знает ли Уитни, что беременна? Клейтон не был уверен в этом.

Что, если она боится родов?

Он решил как можно дольше не волновать жену.

– Нет… – задумчиво протянула Уитни. – Но я хотела ответить на письмо тети и только сейчас поняла, что оставила его в моем бюро. Тебе не очень трудно принести его? Эти ступеньки кажутся мне сегодня неприступной вершиной.

Клейтон поднялся, поцеловал жену в лоб, ласково взъерошил ей волосы и взбежал по широкой мраморной лестнице.

Войдя в ее комнату, он невольно улыбнулся.

"По-прежнему гадая, знает ли жена о своей беременности, а если знает, то почему не поделится с ним, Клейтон выдвинул ящик бюро розового дерева, взял несколько листков бумаги из толстой пачки и безуспешно попытался отыскать письмо леди Энн.

«К моему величайшему стыду, я обнаружила, что беременна. Прошу вас немедленно приехать, чтобы все обсудить. Уитни».

К ее величайшему стыду?

Клейтон недоуменно нахмурился.