Ты станешь моей

Вот честно, мы и правда два сапога пара. Ухмыльнувшись, я побрела на кухню. Настроение лучше некуда. Хочется смеяться, плясать и обнять весь мир. «Вот теперь у нас всё пойдет как по маслу. Какое облегчение!» — радовалась я, шлёпая босыми пятками по паркету, как вдруг мое внимание привлёк пиликнувший телефон в прихожей, небрежно брошенный Волканом прямо на тумбочке. Я действовала машинально. Текст сам высветился на экране. Имя абонента — Ирина.



Мне хватило одного лишь мимолётного взгляда на это имя, чтобы выпасть в осадок.

От ярости пальцы на руках быстро онемели, в горле стало сухо. А через секунду в дверь раздались настойчивый стук, и кто-то с яростью принялся жать на звонок. Я действовала как по инерции. Подошла к двери, прислушалась. Меня передернуло, а весь мой сказочный мир, как стекло, разбился вдребезги.

— Во-о-о-олк! Волчик, пусти меня. Я та-а-ак соскучилась!

Глава 18

Я распахнула дверь, но не для того, чтобы впустить эту швабру, а чтобы просто сбежать. Он врал мне? Развел как лохушку! Чёрт, какая же я дура! Глупая, доверчивая идиотка! Пьяная была, быстро поверила.

А он, этот двуличный подлец, так нагло меня поимел, резанув по доверчивому сердцу острой ложью. Ведь если она лишь фигура на его шахматной доске, то почему он с ней не порвал? Почему она приперлась, как будто к себе домой?

Волкан, сонный и какой-то потерянный, появился в дверях в одних трусах.

— Что происходит? Ира?

Толкнув меня локтем в бок, зацепившись за порог, курица влетела в прихожую.

— Я горю от жажды, мечтаю с-слопать тебя! Р-р-р-р!

Она бросилась ему на шею, атаковала поцелуями полуголое тело Волкана. Фу! Меня чуть не стошнило. Она пьяна и неадекватна после новогодней вечеринки, но мне плевать. Переспав со мной, выпроводив меня домой, он, выходит, ждал её. Подлец! Я не стала разбираться в деталях той картины, что предстала перед моими глазами, которые уже слепила пелена слёз. То, что увидела сейчас, было предельно ясно.

Я быстро собрала свои вещи. За пять секунд.

Оделась. Побежала.

Он что-то кричал мне в спину, оправдывался, пока Ирина бросалась на его накачанное тело, как драная кошка, и царапала его плечи ногтями — обнимала. Противно. Очень больно! Она трогает его там, где часом ранее трогала его я. Потом его губы будут целовать меня после поцелуев с этой шлюхой. Может, у них, арабов, это в порядке вещей — иметь нескольких женщин сразу, а я не такая. Я не приму этот факт. Подлый лжец!

— Я ухожу, Волкан.