Ты станешь моей

Сегодня запрет на образ «хорошей девочки»! Я надела облегающее красное платье чуть выше колен. Волосы распустила, накрутила пышными волнами на плойку. На ногах — модные ботфорты из замши на каблуке. Лицо украшает броский макияж. Один раз можно. Побыть плохой горячей штучкой. Ничего ведь не случится? Со мной рядом девчонки. А в сумке лежит перцовый баллончик. Однако я себя недооценила. Так как я не пью от слова «совсем», то я быстро потеряла счёт времени, опьянела, растворилась в забвении, забылась, пропала.

Всё стало неважным. Тело расслабленно, в душе — штормит. Так хорошо, весело, ярко на душе. И почему я так редко посещаю клубы? Как бальзам на душу. Время ведь идёт, а молодость не вечна.

Рассмеявшись, после четвертой рюмки я пустилась в пляс с такими же подвыпившими девчонками. Народу сегодня была уйма. Не протолкнуться к танцполу, на котором уже вовсю отрабатывали девушки в блестящих шмотках, а диджей-заводила крутил «пластинки» на своей «шарманке».

Я изгибалась, как лоза, под зажигательную музыку, мужчины сверлили меня жадными взглядами, некоторые из них обступили меня со всех сторон, отделив от девчонок.

К горлу подступила тошнота. Пошатываясь, я вернулась к барной стойке. Уселась напротив бармена и непроизвольно начала молоть языком то, что накипело, как батюшке в церкви.

— Ко мне лезет, а с Ирочкой в с-свободную минуту на телефоне в-висит, шушукается. Что за?.. Ну точно б-бабник. Я видела, как на телефоне м-мелькает её имя. Подлец! — картавила, будто во сне, еле-еле управляя языком.

Я рассказывала эту дичь бармену. А он лишь хмыкал, делая вид, что внимательно меня слушает, и продолжал натирать стаканы.

— Всё надоело! — треснула рюмкой по столу. — Надо искать ему з-замену. Найду нормального а-адекватного парня, забуду этого п-проклятого демонюгу.

Рюмка за рюмкой. Стопка за стопкой. Стакан за стаканом.

Перед глазами мелькает ухмыляющееся лицо Волкана, а рядом сучка Ирочка, которая вешается на него, как пальто на вешалку. Обнимает своими костлявыми руками с красными наманикюренными пальцами и хохочет.

Я глушила эти горькие мысли то мартини, то водкой, то ещё бог весть чем. Я полностью потеряла над собой контроль, будто провалилась в другой мир. Было очень трудно остановиться. Поздно. Яд уже в крови. Теперь он мной управляет, а не здравый смысл.

Психанув, я залезла на стол в коротком платье. Сбросила сапоги и начала отплясывать голыми пятками на барной стойке под свист и аплодисменты толпы.