Твоя вина

– Зачем ты так поступаешь, Николас? – тихо спросила я.

Я открыла глаза и повернулась к нему. Я не любила плакать и ненавидела, когда меня могли застукать за этим занятием, а сейчас всеми силами старалась сдерживать рыдания, рвущиеся наружу. Он не шелохнулся и просто смотрел на меня, наверное, раненный тем, что я отвергла его поцелуй.

– Разве ты не можешь быть нормальным парнем? – обиженным тоном продолжала я. Мне было больно из-за того, что я увидела его в таком состоянии. Все мои надежды рухнули.

Мука, отразившаяся на его лице, заставила меня почувствовать себя виноватой, но я и не думала отступать.

– Тебе не следовало приходить, – упрекнул он меня, контролируя каждую интонацию голоса. Значит, теперь он взял себя в руки? Слишком поздно. – Я не хотел на тебя давить, но ты не пытаешься понять, что есть вещи, которые…

Я прервала его.

– Ты не можешь приказывать мне что-то и просто ожидать, что я подчинюсь, ты слишком многого хочешь, но даже не даешь мне чертовых объяснений, Ник! Ты заставил меня волноваться.

– Черт, Ноа, у меня имелись веские причины!

– И поэтому тебя избили, Ник?

Он смотрел на меня, тяжело дыша, и я отвернулась, не зная, что делать: я разрывалась между гневом (ведь Ник снова вернулся в ту жизнь, которую я ненавидела) и желанием крепко обнять его и не отпускать.

Он схватил меня за плечо, но я попятилась к двери и высвободилась.

– Не трогай меня, Николас, я серьезно!

Его глаза наполнились слезами.

– Серьезно? Мы не виделись целый месяц…

– Плевать! Сейчас я тебя не узнаю. Думала, ты встретишь меня в аэропорту с улыбкой, но я идиотка, дура, которая ждет чего-то от того, кто только обещает, но не собирается выполнять.

– Ты не даешь мне объяснить!

– Какое объяснение ты мне дашь? Что ударился о дверь?

Он окинул меня сердитым взглядом, а я скрестила руки на груди и замолчала.

– Не трогай меня, – мрачно повторила я.

Он застыл на месте. Мы смотрели друг на друга, не представляя, что сказать дальше.

– Это не то, что ты думаешь, – прошептал Ник наконец. – Нужно было помочь Лиону, он попал в беду.