Твоя вина

С прошлого вечера, еще с тех пор, как я понял, как Рыжая страдала из-за родного покойного отца, страх, который трудно игнорировать, захватил все мое существо. Одно дело – сражаться с людьми, которые выступают против нашей любви, но совсем другое – биться с Ноа и ее призраками. И теперь, когда я понимал, что никто, кроме нас, нам не поможет, я опасался, что усилий, которые мы прилагали, будет недостаточно. Я смогу вытерпеть все, дойду до конца и никогда не перестану пытаться. Я любил эту девушку так отчаянно, что одна мысль о том, что нас разлучат, сводила с ума…

Но если Ноа позволит себя обмануть? И не только… вдруг в конце концов та стена, которая время от времени шаталась, но никак полностью не разрушалась, напротив, станет еще выше, мешая мне достучаться до Рыжей?

Сейчас ясно лишь одно: никто, кроме Ноа, не может разлучить меня с ней.

* * *Был уже поздний вечер, когда в дверях появился босс. София возилась с сумкой, а я выключал ноутбук.

– У меня хорошие новости, – объявил босс, глядя на нас с улыбкой.

– Сгораю от любопытства, – сказал я с сарказмом.

Каждому было хорошо известно, что ублюдок Дженкинс и я ненавидели друг друга до смерти. В основном потому, что он занимал мою должность до тех пор, пока я набирался опыта, чтобы позже заменить его на профессиональной стезе. Он, конечно, был в курсе, что должность, которой он так хвастался, временная.

София посмотрела на него блестящими глазами. Она уважала босса и, в отличие от меня, старалась идеально выполнять работу, чтобы подняться по карьерной лестнице и занять более важную должность.

– В деле Роджерса – изменения, и нас попросили прислать кого-нибудь. Если я не ошибся, ты, Николас, хотел изучить дело, но бросил, потому что не пожелал задерживаться в Сан-Франциско. Теперь черная работа уже сделана, тебе просто нужно представлять защиту в суде. Все пройдет очень быстро, уверен, ты сможешь многому научиться.

– Замечательно, сэр, когда мы должны быть в Сан-Франциско? – София выглядела такой взволнованной, что я не удивился, если бы она запрыгала от радости.

– Я купил вам два билета на завтра.

«Дерьмо!»

– Что? Не мог предупредить заранее? У каждого из нас есть личная жизнь, понимаешь?

Дженкинс не обратил внимание на тон моего голоса и продолжал говорить совершенно спокойно:

– Даже если тебе трудно это принять, мир не вращается вокруг твоей персоны, Николас. Слушание завтра днем, поэтому нужно быть там как можно скорее. Если не согласен, я убежден, что отец будет рад услышать все твои жалобы.