Твоя вина

"

"– Знаешь, что может быть забавным в том, когда тебя внезапно приглашают на ужин, на котором обсуждают некий важный проект, а потом вдруг оставляют наедине с родным отцом, боссом и его женой?

Я прикусил губу, чтобы не расхохотаться. Но она и впрямь выглядела потешно. В глубине души мне нравилось видеть Софию такой злющей.

– Внимательно вас слушаю, Эйкен, – сказал я, прислонившись к столу и скрестив руки.

– То, что все трое не переставали болтать о том, какой ты хороший адвокат, какое светлое будущее у тебя впереди, какой ты ответственный, зрелый…

Улыбка, которая появилась на моих губах, угасла.

– Что ты несешь?

София подняла брови и направилась к кофемашине. Я продолжал ждать ответа.

– Видимо, твой отец считает, что было бы великолепной идеей, если бы мы работали вместе в будущем… и ты в курсе, что я имею в виду под словом «работать».

Я округлил глаза и сильно напрягся.

– Что творится у тебя в голове? Отец сказал, что я ответственный и зрелый сыночек? Не представляю, что вы пили вчера перед ужином, но уверен, что ты все неправильно поняла.

София пристально посмотрела на меня, ее ярко накрашенный рот скривился, а потом она нарочито медленно отпила кофе.

– Папе нравится подыскивать мне женихов, видимо, это его хобби, ну а сын Уильяма Лейстера как раз попался ему на глаза. Твой отец не возражает. Кстати, твоя мачеха тоже кое-что задумала. Любой, кто слышал ее вчера, предположил бы, что она тебя обожает, хотя подозреваю – Раффаэлле не по душе, что ты спишь с ее дочерью… а если вы с Ноа еще и будете жить вместе…

Я стиснул кулаки.

Какая мать пытается заставить парня, в которого ее дочь влюблена, спутаться с другой?

Я схватил пластиковый стаканчик, стоявший на столе, и сжал его, сминая и пытаясь справиться с яростью, которая грозила свести меня с ума.

София приблизилась ко мне. Она немного расслабилась.

– Похоже, ты ее любишь, Ник, – сказала она, положив руку мне на плечо. – Но скажу по опыту – отношения, которые так много людей хотят разрушить… обычно не заканчиваются хорошо. – И она ушла, больше ничего не добавив.

Я поднес руку к лицу, пытаясь успокоиться и не обращать внимания на все, что угрожало нам с Ноа.