Наша навсегда

— Как говорит мой свекор: “Что тут пить?”

Она берет бокал, поднимает:

— Давай, Вася, за встречу.

— За встречу, — вздыхаю я.

Отпиваю, зажмурившись от неожиданного удовольствия.

Я не пью спиртное, совсем.

Как-то не сложились у меня с ним отношения, не умею, не люблю, не хочу.

Но это — вкусное. Странное, словно не вино, а душистый компот, тягучий, летний.

— Это домашнее, свекрови привезли, — говорит Марина, отпивает чуть-чуть, ставит бокал на стол, — кушай. У нее хычины волшебные получаются, Михо за уши не оттянуть.

— Объедение, — я не собираюсь отказываться, тем более, что в последние двое суток уже даже и не вспомню, что именно ела и когда."

"— Слушай, я не могу понять, — снова начинает Марина, — ты же в отношениях была! С Камнем! И с…

— Давай не будем про это, — торопливо пытаюсь я переключить тему, — это вообще не имеет отношения к ним. Родители просто не хотели, чтоб я училась. Они… сектанты, понимаешь?

— Сектанты? — округляет глаза Марина, — а я думала, что просто… как это… слишком правильные.

— Нет, — вздыхаю я, — я не хотела рассказывать, стыдно было… У нас тут секта есть… До сих пор, кстати, насколько я в курсе. “Братья Господа” называется.

— Типа этих… которые по домам ходили и спрашивали, верим ли мы в бога? — морщит лоб Маринка.

— Типа того. Но эти по домам не ходят, живут своей общиной, к себе особо никого не зовут… По стране их несколько общин, наша — самая большая. Главный — брат Игорь. Был. Сейчас — не знаю. И вот за брата Игоря меня и хотели замуж отдать.

— Ого… — Марина садится за стол, кладет руки на столешницу, чуть подается вперед, — и почему ты молчала-то?

— Не знаю… — пожимаю я плечами, в очередной раз искренне удивляясь собственной недалекости и зашоренности, — как-то стыдно было, понимаешь? Я вырвалась впервые в жизни в другой мир, обалдела от того, насколько все реально другим было. Универ… Ты не представляешь, что это было для меня! Насколько это был огромный прорыв! Меня же готовили к роли жены и мамы, воспитывали правильно, и то, что я собиралась учиться дальше, родителям не нравилось.

— И добилась бы, — кивает Марина, — если бы не уехала так экстренно тогда.