Наша навсегда

Заплетала в волосы огромные банты. Улыбалась.

Когда она прекратила мне улыбаться?

Задолго же до того, как я закончила школу, да?

Когда прекратила разговаривать?

Не в начальных ли еще классах?"

"Удивительно, сколько может забыть ребенок, если не хочет задерживать в памяти неприятные воспоминания… И как легко принимает новый, изменившийся мир вокруг. Я ведь не видела ничего ужасного в ее поведении. В поведении того, кого считала своим отцом…

А он же мне за все годы совместной жизни и пятисот слов в общей сложности не сказал!

И мне казалось, что это нормально!

Что все так живут!

Меня именно на маминых похоронах посетила мысль, что, возможно, у нее что-то было не в порядке с головой.

Какое-то психическое заболевание, прогрессирующее с каждым годом все сильнее и сильнее… Не могла та девочка с видео, веселая и счастливая, мгновенно переродиться в такое… Не могла та женщина, что в детстве, пусть и совсем недолго, ласкавшая меня, рассказывавшая сказки, и любившая, черт возьми, любившая! Не могла она так резко стать такой равнодушной, злобной и непробиваемо-завистливой.

Когда похороны закончились, я не удержалась и поделилась этой мыслью с моими мужчинами.

Они переглянулись, а потом Лис аккуратно сказал:

— Ну… Надо было бы раньше, а теперь если эксгумировать только…

— Зачем? — удивилась я.

— Выяснить… — пожал он плечами, — если шизофрения, там, то это нарушения же в башке. Их может быть видно на вскрытии… Я не спец, но сейчас находят такие вещи, что охреневаешь…

— Хочешь, мы это выясним? — Камень сходу накрутил обороты.

— Нет! — с ужасом воскликнула я, — вы с ума сошли? Ее только-только похоронили!

— И что? — пожал плечами Камень, и лицо его в этот момент было потрясающе невозмутимым, — легче будет выкопать, земля еще не осела…

Лис глянул на бледную меня, затем толкнул Лешку плечом:

— Завали уже, каменная тупая башка, вообще ни капли эмпатии.

— Так ты сам предложил! — безмерно удивился Камень, а Лис лишь цыкнул с досадой.

— Все, закрыли тему. Малышка, — обнял он меня, — не волнуйся. Если что надо, мы все сделаем. И выясним. Потому что ты права. Это жесть какая-то… Хотя… — тут он вздохнул, — я видел полно народу, которые вот так менялись… И никто из них не был болен… Хотя… — тут он задумался, — наверно, их просто не проверяли! Да!

Мы вернулись в тот день домой и уснули втроем на здоровенной кровати в доме Камня.