Твоя

И Вере медикаменты закажу… Девочке нужны препараты, а они только в США производятся и перевозят их в специальных контейнерах… В общем, да, Дамир, я возьму деньги, если заплатишь.

– Ты повторяешься, Аня.

– Да?

Она посмотрела на него.

Пелена…

Туман…

– Да.

– Наверное. Извини.

– Кто такая Вера?

– Вера? Девочка из реабилитационного… – Аня замолчала, внезапно поняв, что сболтнула лишнее. – Неважно. Извини.

– И извиняешься ты тоже повторно.

Она согласна кивнула и облизнула губы. Сухие совсем. Не ухаживает.

Когда она в последний раз была у косметолога?

После трагедии ни разу и не была.

– Аня…

Она сделала шаг назад и покачала головой."

"– Ты сказал всё, что думаешь, я тебя поняла. Ты, наверное, приревновал, или что-то не понравилось тебе… Я не знаю. Ревновать нет причин. Я не твоя. Что может не понравиться, я не знаю…

– Так. Хватит. Я сейчас еду в офис, ты остаешься в моем доме.

– Нет, Дамир.

– Тебя не выпустят с территории.

– Выпустят, и ты сам это знаешь.

– Нет.

Она вздохнула. Спорить не будет.

Всё равно уйдет.

– Нам надо утихомирить эмоции. И тебе, и мне.

– Дамир, я хочу уйти. Говорю же, я продолжу лечение Булата, насколько это будет возможным. Я помогу ему.

– Причем тут, черт побери, Булат?

Аня растерянно моргнула.

А потом снова покачала головой.

– Не знаю. Я в этом доме ради него. И ради себя, конечно, тоже… Но, Дамир, я не хочу вот так. Вернее, не могу. Ты… – вздохнула, и легкие обожгла боль. – Ты и я, мы не можем находиться вместе, не получается не поругаться. Я не могу постоянно… защищаться.

Аню прошибло. Одна волна сменялась другой.

Девушка просыпалась тяжело. И никак не ожидала, что утро выдастся таким бурным.

Её уже обвиняли в чем-то подобном…

Конечно, не такими словами. И обвиняла женщина. Но смысл тот же.

Не умела она использовать свой дар. Не получалось у неё.

Получаемая энергия образовывалась от секса и вытекала через него же. Через сексуальный контакт. Не прямой, конечно. Но всё же… Кожа к коже. Обнаженность.

Пора всё прекращать.

Встретить обычного парня, расстаться, наконец, с девственностью, закончить медицинский колледж, возможно, к тридцати годам поступить в институт и жить обычной жизнью.

И никакой больше сексуальной энергии. Подпитки.

Ни к чему…

Снова зазвонил телефон. На этот раз у Дамира. Мужчина, приглушенно выругавшись, достал его из кармана и рявкнул:

– Слушаю.