Траблшутер — 2

Она не будет называть имен, чтобы спасти Вадика от судебных разбирательств. Она его любит. Ну, и Вы понимаете, что в такой ситуации Вас тоже будут рассматривать как потенциального совратителя?

– ЧТО?!

– Да. Такова процедура.

– Захар… Надо это как-то… Да меня мать ее… убьет! У меня должность… Это такой скандал!

– Вот… – киваю я. – У меня есть некоторые договоренности с куратором Катерины и руководством фонда. И если мы все сейчас проявим понимание и толерантность, то Вадик не сядет, а Катя спокойно вернется домой, без всех соц.

служб и унизительных разбирательств.

Делаю небольшую паузу, давая им осмыслить весь масштаб трагедии.

– Естественно, она будет и далее курироваться сотрудниками фонда. Но они не будут запускать ее в программу, пока она не попросит об этом или не исчезнет. Тогда все документы пойдут в соответствующие органы.

Смотрю на Софью.

– Да, всё именно так, – кивает она.

– Итак, у нас два варианта. Первый – Вадик идет под суд, Катя – в программу фонда. Вы продолжаете многочисленные судебные разбирательства, тратя огромные деньги и уничтожая жизнь своих детей.

Все несчастны. Второй – вы отчуждаете спорную землю в наследство общего внука, прекращаете суды, примиряетесь и даете детям жить спокойно, полноценной семьей. Без дальнейших попыток суицида, которые могут закончиться уже не так благополучно. Все счастливы. Даже ваши отцы, которые ДРУЖИЛИ.

– И сейчас, наверняка, незримо присутствуют при решении судеб своих внуков, – добавляет Софья.

– Решайте…

Тишина. Минуты идут.

Ипишин первым тянет руку Сергею Петровичу.

Тот пожимает.

Мы дружно выдыхаем.

Перевожу на Софью хищный взгляд.

Ты не расплатишься, Фея!

Глава 3. Без эксцессов и с ними

Просыпаюсь только к следующему вечеру. Обещание Феи простить мне мои «припадки», без эксцессов прошедшее дело и сутки без сна – отличное снотворное. Бакс уже гарцует в коридоре.

Забираю со стола севший телефон, ставлю на зарядку и веду пса гулять.

Погода отличная, хоть и прохладно. Жаль, что солнце уже садится. Желудок требовательно урчит.

Перекусываю найденным в кармане куртки батончиком мюсли, сразу же вспоминая Софью и мой неслучившийся ужин.

Напроситься сегодня?

Сегодня должны были установить кухонный гарнитур…

В лифте с нами поднимается женщина лет сорока. Высокие каблуки, кожаный плащ, светлое каре и агрессивные тонкие губы бордового цвета. Бакс ведет носом, пытаясь уловить запах. Недовольно смотрит на него, говоря по телефону. Разговаривает грубо, в командном тоне. С кем-то ругается.