Мужчина не моей мечты

Саллер усталым жестом потер лицо и начал тяжело подниматься. Вскочила, поддерживая его, но мужчина упрямо отстранился.

— Я сам. Теперь сам. Вы и так невероятно много для меня сделали.

Мы стояли в шаге друг от друга, и я вдруг смутилась. Несколько дней совершенно спокойно ухаживала за ним, пять минут назад сама прижималась в поисках утешения, а тут неожиданно остро почувствовала его близость. Жар почти обнаженного тела. Его красоту, мощь.

— Здесь поблизости есть ручей, — пробормотала, отступая. — Можно привести себя в порядок, искупаться.

— Я найду дорогу, только покажите, в какую сторону идти. — Герцог мягко придержал меня за локоть. Улыбнулся. — Благодарю, что все это время были рядом, помогали, заботились. Никогда не думал, что юная изнеженная столичная аристократка способна на такое. — Его голос неожиданно охрип. — Вы необыкновенная девушка, Мири. Я… очень завидую Трэю. Тому, что вы его жена. Что ваша любовь отдана ему, а не…

Он не договорил, отпустил мой локоть и быстро отошел.

— Так где, вы говорите, этот ручей?

Глава 18

Рэм появился примерно через полчаса — подтянутый, посвежевший, даже от щетины на щеках не осталось следа.

— Да, выгляжу неподобающе, — развел он руками, неверно истолковав мой напряженный взгляд, — но запасной одежды нет, сами знаете. Надеюсь, вы меня простите?

Знаю… Прощу… потерплю… Куда я денусь?

С «пробуждением» Саллера все стало значительно легче, а самое главное — я была уже не одна.

Когда я в свою очередь вернулась из леса, меня тут же заставили прожевать какие-то сомнительного вида бурые лепешки, уверяя, что они намного питательнее земляники, к которой герцог отнесся с большим подозрением. Влили в рот, тщательно отмеривая капли, нечто горько-прохладное, от чего на миг страшно закружилась голова, а потом по телу разлилось восхитительное тепло. И отправили под дерево — отдыхать.

Сам герцог к моему новому знакомцу старался не приближаться. «Клен» тоже не проникся к мэссеру особой симпатией, воинственно потрясая ветками каждый раз, когда тот оказывался неподалеку.

Пока я вполголоса переругивалась с деревом… То есть говорила, конечно, я, убеждая хаудданца, что Саллер не опасен, а «клен» упрямо не соглашался — отмахивался и сердито шумел в ответ. Так вот, пока я выясняла отношения, мэссер пытался вызвать своих людей. Безуспешно.