Тебе не сбежать от меня

Понятно, что он мне не по зубам, но ведь кто-то с ним трахается!

Интересно, какой он? Страстный или нежный?

Мои мысли прерывает возвращение Кирилла.

Сдается мне, что все написано у меня на лице, поэтому я пытаюсь как-то реабилитироваться.

— У меня телефон сдох, — показываю ему технологический трупик.

— Многохвостка есть, хоть какая-нибудь из зарядок да подойдет, — он усаживается на соседней лавке, откидываясь и широко расставляя длинные ноги.

— А… — мнусь я. — Ты пойдешь еще?

Киваю я на дверь в парилку.

Я нервничаю, не понимая, что спровоцировало расслабленного Кирилла на такие изменения, но под этим взглядом мне снова становится жарко.

Какого черта я вообще рассуждаю? Мне, может, больше шанс на такого мужика не выпадет никогда.

Ухоженный, спортивный, скорее всего здоровый, сексуально привлекательный, и, самое главное мы больше никогда не встретимся. Идеально!

Все, что происходит в Вегасе, остается в Вегасе.

Медленно поднимаюсь со своего места, придерживая простыню на груди.

— Ты в парилку? — спрашивает Кирилл почему-то охрипшим голосом.

Я качаю головой, в отличие от него уверенно.

Не меняя позы, он смотрит, как я подхожу к нему, поэтому, когда я встаю перед ним, то оказываюсь практически между его широко расставленных ног.

— Ты чего задумала? — подняв бровь, спрашивает он спокойно, но тембр голоса его выдает. — Если ты решила, что должна мне что-то за спасение, то забудь.

При этом он гипнотизирует узел на моей груди и ложбинку над ним.

Опять отрицательно качаю головой и начинаю медленно развязывать простыню.

— Завтра пожалеешь ведь, — совсем низкий голос вызываету меня скручивание внизу живота.

Он меня отговаривает, но под его простыней я замечаю шевеление. Часть бородатого тоже непротив, просто мужик проявляет благородство.

К черту благородство, решаю я, и моя простыня спадает на пол.

Глава девятая

Я ощущаю его дыхание на своей груди.

У меня внутри все сжимается.

Если он сейчас мне откажет, я сгорю со стыда.

— Милая, я люблю жестко, — предупреждает он, и я чувствую, как от этих слов у меня выделяется смазка, и твердеют соски.