Священный любовник

Раздался нетерпеливый шелест газетной страницы, как будто отец хотел прогнать надоедливую муху от своего гамбургера. Хотя, конечно же, он не ел гамбургеры, потому что это было слишком уж по-плебейски.

— Я проведу беседу с этим додженом, — сказал отец.

Куин закрыл за собой дверь, и направляясь вниз по коридору, чуть не столкнулся с додженом, что вышла из библиотеки. Служанка в форме горничной отскочила, поцеловала костяшки своих пальцев, а затем постучала ими по венам на горле.

Когда она отпрянула, бормоча ту же фразу, что и его отец, Куин подошел к старинному зеркалу, висевшему на покрытой шелком стене.

Даже несмотря на мутность стекла в свинцовой оправе и темные пятна в тех местах, где отслоилась отражающее покрытие, его проблема была ясно видна.

У его матери были серые глаза. У отца глаза были тоже серыми. Его брат и сестра оба были сероглазые.

У Куина же один глаз был голубой, другой — зеленый.

Ну, в родословной, конечно же, имелись глаза голубого и зеленого цвета. Но не одновременно у одного человека, а, как известно, все отклонения от дьявола.

Аристократия отрицала дефекты, а предки Куина не только имели прочную позицию в глимере, так как оба происходили от семей основателей, его отец даже когда-то был Главой Совета Принцепсов.

Все надеялись, что переход исправит этот дефект, и голубые или зеленые глаза стали бы более-менее приемлемыми вариантами. Но, нет, не получилось. Куин вышел из своего изменения с большим телом, парой клыков, жаждой секса… и одним голубым глазом, а вторым — зеленым.

Это была еще та ночка. В первый и единственный раз отец слетел с катушек. Первый и единственный раз на Куина подняли руку. И с тех пор, никто из его семьи или слуг не встречался с ним взглядом.

И отправляясь в ночь, он не стал прощаться с матерью. Не стал прощаться со старшим братом и сестрой.

В своей семье он всегда был чужаком, с самого рождения постоянно оставался в стороне, обремененный проклятием своего генетического увечья. Единственное, что хоть как-то сглаживало его жалкое существование согласно расовой системе ценностей, так это то, что в семье были еще двое нормальных, здоровых детей.

И старший из них, его брат, считался подходящим для продолжения рода."

"Куин всегда думал, что его родители должны были остановиться на двух детях, потому как попытка родить троих совершенно здоровых детей — то еще заигрывание с судьбой. Конечно, он был не в силах изменить того, что случилось.