Сын своего отца

Неприятно было осознавать, что в век технологий на моей территории находится предмет, о котором я не знаю.

Слава его не слушала. Вернее, не слышала. Она смотрела на древнюю безделушку и, кажется, перестала дышать.

Коваль же смотрел на неё. И чем дольше смотрел, тем отчетливее понимал, что принял правильное решение.

Иван не боялся ответственности. Не боялся последствий. Отец правильно воспитывал их.

– И… что дальше? – наконец, Слава отмерла и перевела взгляд на него.

– Правильные вопросы начинаешь задавать, девочка.

– Как завтра?

– А вот так.

Не стал говорить, что и готовиться особо не к чему. Главное договориться с местными, чтобы их не трогали. Коваль слышал про нового правителя. Его поддерживал один из серых кардиналов, а значит, выход на него у Коваля будет.

– Но это ещё не все, – продолжил Иван, откидываясь назад и скрещивая руки на груди.

Глава 10

Слава не верила, что заинтересовала Ивана Коваля.

Снова и снова говорила себе, что такого не может быть.

Она простая девушка.

Она – библиотечная мышь.

Она…

Она сошла с ума. Честное слово.

С кем надумала тягаться?

Серьезно?

Слава сжала губы.

Серьезно.

Если один раз Коваль принудил её, это не значит, что ситуация повторится.

Правда же?

Тогда почему у неё трясутся поджилки? И не только они. Руки – тоже.

Интуиция, шестое чувство – все, что можно и нельзя, кричат ей: стоп. Остановись. Нельзя.

И она, чего греха таить, с радостью остановилась бы, только кто ей позволит?

Коваль так и сказал:

– Назад дороги нет, Веснушка.

При этом посмотрел на неё столь выразительно, что у Славы подкосились ноги.

Куда она попала… Вернее, к кому?

– Завтракай. Мы вылетаем через полчаса.

Слава даже сказать ничего не смогла, настолько ошарашена оказалась.

Вылетают? Куда?

Оказалось, что пока в Новосибирск. Где у неё дом.

У Славы слова закончились разом."

"Когда она планировала встречу с полковником Ковалем, то представляла, что они долго и основательно будут готовить поездку. Конечно, с учетом того, что он согласится ввязаться в авантюру.

К чему она оказалась совершенно не готовой: собирайся, мы вылетаем.