Связанные долгом

Никого не волновало, даже если он проводил каждую ночь с новой девушкой, при условии, что не раскрывал им, кто он на самом деле.

— Я никогда не шла против вашей воли, так что не понимаю, на что ты жалуешься. В конце концов, я вышла замуж за Данте потому, что вы этого хотели.

Мать выглядела оскорбленной.

— Он лучшее, на что мы могли бы рассчитывать. Кто бы отказался выйти за такого, как он, мужчину?

Я допила кофе, не утруждая себя ответом. Все равно это был риторический вопрос.

— Данте домогается тебя ночью?

Я чуть не выплюнула все, что было у меня во рту.

— Мама, я не собираюсь говорить с тобой об этом. — Мои щеки запылали от стыда, и мать понимающе улыбнулась.

Я любила ее, но она была самой бестактной женщиной на этой планете.

***

Энцо приехал за мной на внедорожнике. За время короткой поездки мы не разговаривали, если не считать пары фраз, которыми мы перекинулись. Когда проезжали мимо улицы, где жила Бибиана, я попросила:

— Подожди. Поверни здесь. Я хочу нанести визит Бибиане Бонелло. — Я обещала рассказать ей, как продвигаются дела у нас с Данте.

Энцо не стал спорить. Он направил машину к дому Биби и припарковался у тротуара.

— Хотите, чтобы я подождал?

Я колебалась.

— Если ты не против?

Энцо покачал головой.

— Это моя работа. — Он потянулся за сиденье и вытащил журнал об олдтаймерах[1].

— Я недолго, — заверила я, хотя мы с Бибианой могли болтать часами.

Я вышла из машины и направилась к входной двери. Позвонила и стала ждать. Какое-то время ничего не происходило, и я уже собиралась вернуться в машину, когда дверь распахнулась.

Передо мной стоял Томмазо. Я округлила глаза от удивления, а затем заволновалась.

— Привет, Томмазо, — выдавила я, стараясь, чтобы мой голос звучал приветливо. — Надеюсь, я не пришла невовремя. Хотела поболтать с Бибианой. Она дома?

«Она в порядке?» — вот вопрос, который я на самом деле хотела задать. Томмазо был потный, его кожа раскраснелась, а ширинка была расстегнута. Во мне стал нарастать страх.

"Томмазо оскалил зубы в широкой ухмылке и обхватил мою руку своими ладонями.

— Она спустится через минуту. Для жены Данте у нас всегда найдется время.

Я боролась с желанием уйти. Его кожа была липкой от пота, и мысль о том, что причина его помятой внешности имела какое-то отношение к тому, что он делал с Бибианой, вызывала у меня желание скрести свои ладони, пока на мне не останется ни следа от его прикосновения.

— Бибиана, поторопись. Здесь Валентина Кавалларо.