Связанные долгом

— Ты тоже, — ответила она, отступая. — Могу я увидеть спину?

Я повернулась для нее.

— Ого! Правда, изумительно смотрится?

Этот вопрос предназначался Луке и привел к неловкой паузе, во время которой напряженность резко возросла. Данте обнял меня за талию, не сводя своих холодных глаз с Луки, который взял Арию за руку, поцеловал ее и тихо произнес:

— Мои глаза смотрят лишь на тебя.

Ария смущенно улыбнулась.

— Мне нужно найти Джианну, но я с удовольствием поболтала бы с тобой попозже.

— Хорошо, — ответила я, радуясь тому, что они с Лукой уходят.

Я повернулась к Данте.

— Тебе он не нравится.

— Это не вопрос симпатии. Речь идет о самосохранении и разумной доле подозрения.

— Да тут витает дух Рождества, — сказала я, не пытаясь скрыть свой сарказм.

Снова намек на улыбку заставил дернуться уголки губ Данте, но тут же все исчезло.

— Хочешь взять что-нибудь поесть?

— Определенно. — После нескольких дней изматывающей диеты я была голодна.

— Он не хотел отвлекать от нас внимание. Теперь, когда ему так хорошо в отставке, он предпочитает держаться подальше от публики, — с оттенком иронии сказал Данте.

— Понятно.

Эти социальные функции были выматывающими. Ты должен быть осторожен в том, что говоришь и делаешь, тем более, если ты глава Синдиката. По тем неприязненным взглядам, что бросали в мою сторону некоторые из женщин, я была уверена, что в настоящий момент стала их любимой темой для разговора.

Буфет ломился от итальянских деликатесов.

— Данте, — позади нас раздался приятный женский голос."

"Мы с Данте повернулись одновременно. Его сестра Инес, с которой за все годы мы перебросились всего парой слов, так как у нас было девять лет разницы в возрасте, стояла перед нами.