Страсть генерального

Роман Давидович красиво ел, как бы нелепо это не звучало. Даже не придерживаясь строгих правил этикета, все делал аккуратно, грациозно, по-мужски...

– Это стеснение ни к чему, Надя, – вдруг сказал он, сосредоточив на мне взгляд исподлобья. – В следующий раз ты можешь заказать что-то по своему вкусу, но только не сидеть с пустой тарелкой.

«В следующий раз…»

Так многообещающе и так сложно.

– Я успела поесть, пока вы были в ванной. Правда…

Отправив в рот кусочек мяса, мужчина свел брови. Я прямо почувствовала его недовольство и поняла, с чем это связано.

Чтобы как-то отвлечься от накатившего волнения, я стянула с тарелки ломтик брынзы, обернула его листом салата и сунула в рот. Тишина давила. Я понимала, что не стоит отвлекать Романа Давидовича от еды, но когда он взял бокал вина, не выдержала.

– А это… будет часто?

– Что именно? – уточнил мужчина, так пронзительно глядя своими синими глазами, что мурашки выступили на коже.

– Наши встречи, – выдохнула я.

– Достаточно часто.

Лаконично и снисходительно. Создавалось впечатление, что его забавляли мои вопросы, но пока он терпеливо отвечал.

Немного осмелев, я только хотела задать еще вопрос, как вдруг Роман Давидович опередил:

– Иди ко мне.

Велел так, что невозможно не подчиниться. Взбудораживая мгновенно от макушки до кончиков пальцев.

Придерживая полотенце на груди, я неуверенно поднялась и направилась к мужчине, чувствуя, как подгибаются колени.

Окинув взглядом мое пылающее лицо, Радов протянул руку к столу, взял бокал вина и неожиданно поднес его к моим губам. Я послушно сделала глоток. Вино оказалось очень вкусным, терпким и моментально опьяняющим. Роман понял, что мне понравилось, дал выпить еще. Затем сам сделал большой глоток и убрал бокал.

От его близости меня пробирало приятной мелкой дрожью. Я даже не попыталась прикрыться, когда мужчина уверенно поддел пальцами край моего полотенца и стянул его с моего тела. Только ощутила, как волоски встали дыбом от откровенного взгляда синих глаз. Радов буквально трогал меня им. А затем теплыми ладонями, которыми огладил грудь, живот, талию, бедра…

– Ты очень тесная, – хрипло сказал он, едва касаясь пальцами моей промежности.