Странник. Книга третья.

И что же происходит? Передо мной снова встают на колени, снова я слышу слова 'сиятельный'. Оказывается, Игорь Столяров на хрен никому не нужен, нужен 'истинный высокородный', 'сиятельный' Ингар, со стаканом какой-то протухшей крови 'Древних' в своих жилах. Да будьте вы все прокляты со своими религиозными заморочками, титулами и званиями, уничтожившими в вас остатки человеческих чувств и мои надежды на простое человеческое счастье. Не трясись так девочка, здесь с тебя даже волос не упадет. Как только выбьем имперцев из 'бухты Плача', я отвезу тебя к отцу, пусть он тебя выдает за императора, за халифа да хоть за черта лысого.

Я даже слышать о Вас ваше императорское величество не хочу! – закончил я свой монолог.

– 'Сиятельный'! Ой, Ингар, – осеклась Викана. – Умоляю Вас указать место, где растет 'Нордрассил'. Мой народ вымирает, нам жизненно необходимо 'Дерево жизни'!

– Не расстраивайся девочка, я укажу гвельфам, где оно растет, но только когда вышибу имперцев с Танола и решу что это на пользу моему народу.

Вы живете столетия, а человеческая жизнь коротка. Для вас подождать пару лет, что для человека один день прожить! – ответил я и, открыв дверь на палубу, позвал Маркуса и Курта. Воины вошли в каюту и молча застыли у дверей, дожидаясь моих приказов.

– Курт проводи принцессу в ее каюту и выстави охрану. Маркус зови сюда командиров пора заниматься делами.

Викана синяя как гвельфийская смерть, вышла из каюты в сопровождении Курта, а следом за ним каюту покинул Маркус, и мы остались вдвоем с Тузиком.

– Ну что брат, я не знаю с кем ты теперь, но прошу тебя, береги Викану. Мне очень больно, но она не виновата, что она гвельфийская принцесса, это я не должен был губы раскатывать. Иди за ней в каюту и охраняй ее, – попросил я Тузика и открыл дверь.

– Я с тобой Ингар, хотя мое сердце рвется пополам, что-то здесь неправильно, послышался голос малхуса у меня в голове.

Тузик выскользнул в дверь и в каюту стали заходить вызванные на совет командиры и старейшины.

Выслушав доклады капитанов о состоянии кораблей и боеспособности экипажей, я перешел к обсуждению планов на завтрашний день. Погода нам благоприятствовала дул хоть и слабый, но попутный ветер, поэтому можно было дать отдохнуть воинам, сидевшим на веслах. Если ветер не стихнет, то к утру мы должны подойти к побережью. Планы скрытого выхода к бухте в темноте и высадку ночного десанта я сразу отклонил.