Скалка

Да, и обязательно засняли бы спящего гада на телефон… И не парились бы на тему экзамена. Такой компромат…

Понятно, что я так никогда бы не поступила, и Ярослав это понимает. Доверяет, наверное.

Он закрыл дверь кухни, поэтому я совершенно ничего не слышу из того, что они говорят. Ладно, Скалка, в доме двое мужчин. А это значит, что они обязательно должны быть накормлены.

Вода уже кипит, можно грудку положить в кастрюлю, на втором бульоне ему сварю… Так… Немного лучка, морковка, картошечка… Ничего особенного сейчас не надо.

Душистый перец, черный перец, немного соли…

Теперь блины… Конечно, блинной сковороды у Холодова нет, но это точно не проблема. Миксера тоже нет, но я маленькой еще научилась обычной вилкой взбивать тесто без единого комочка. Сковородки у Ярослава хорошие, интересно, кто их выбирал? Точно не он. Вот эта чугунная как раз подойдет.

Я так закрутилась в своей стихии, что счет времени потеряла, такое часто бывает, когда готовкой увлекаюсь и над душой никто не стоит и не канючит, чтобы побыстрее…

Интересно, а с сыром Василий Федорович любит? Или с ветчиной попробовать? Папа больше всего с мясом любит… Ничего, если я спрошу?

— …Ну не будешь же ты вечно тут прятаться, Слав… Тамара! Проходи.

 — Василий Федорович широко улыбается, а я смотрю на хмурого Ярослава. Он точно проснулся и выглядит, как обычно, злобным и немного взъерошенным. От кого ему прятаться тут, а? Он же не преступник.

— Я просто узнать хотела, а вы блины какие будете? В смысле с чем?

— А с чем есть? — Дядя Ярослава удивленно смотрит на меня, но в его взгляде проскальзывает одобрение.

Обычный же вопрос задала. Их что, никогда нормально не кормили?

— Тамар, дядя Вася уже уходит. Ему на работу надо.

— А как же блины? — Из меня рвется обида. Да я их там столько напекла, тебе тоже достанется, щедрый племянник!

Видимо, зря сказала, Ярослав вон как недобро глазами сверкнул. Ну а что?! Я же не знаю, что там у вас происходит…

— Вкусно пахнет, Тамара, очень вкусно. Как раз собирался на кухню к тебе идти.

Ну что, покормишь нас? — Василий Федорович достойный дядя своего племянника, как мне кажется. Даже ухом не повел, ему явно все равно, что Ярослав сказал. Чует мое сердце, свои блины он здесь не оставит, в желудке унесет! — Мне со сметаной давай блинчики.

Сидим втроем на кухне: дядя Вася (ага, он сказал, что мне можно его так называть), Ярослав (снова в дурном настроении) и я. Чувствую себя неловко, наверное, поэтому кажется, что в воздухе висит напряжение.