Сходняк

Варяг получил подтверждение того, что Суриков и Богдановский прибудут на следующей неделе в Нью-Йорк из Рио.

Итак, сети были расставлены. Теперь осталось только поймать птичку.

Глава 44

Большой пруд посреди Центрального парка в Нью-Йорке облепили гомонящие дети. Группа подростков, столпившихся у каменной статуи неопределенной половой принадлежности, пускала парусные кораблики. Сегодня день был ветреный, и игрушечные яхты бодро рассекали волны игрушечного океана, к радости юных зрителей.

Встреча была назначена на двенадцать — как раз у Сурикова был обеденный перерыв между заседаниями, и он смог вырваться из зала заседаний на час-полтора.

Вчера он позвонил ему в гостиничный номер и представился, назвавшись Ярославом Малышевым, оператором Российского телевидения, который якобы привез для Леонида Сурикова посылку из Москвы.

"Но Варяг быстро отрезвил его, сообщив в завершение разговора, что в посылке очень важное письмо, касающееся его, Сурикова, прежнего места работы.

Он сидел на скамейке у пруда и размышлял о Сурикове. В его представлении это был простой служака, добросовестный чиновник, которому дали задание, и он его с усердием выполнил, не получив за работу никакого поощрения, кроме командировки в другое полушарие.

Наконец в пять минут первого на аллее показался высокий мужчина в легком сером плаще. Он шел нетвердой походкой то ли очень уставшего, то ли не вполне здорового человека и был глубоко погружен в свои мысли. Варяг поднялся ему навстречу и шагнул вперед.

— Леонид Аркадьевич!

Мужчина удивленно встрепенулся.

— Вы Ярослав Иванович? — Он протянул руку. Варяг пожал ее, едва ощутив слабое ответное пожатие.

— И что за письмо? — равнодушно поинтересовался Суриков, скользнув потухшим взглядом по лицу незнакомца.

— Давайте присядем, — предложил Варяг. Суриков безвольно опустился на скамейку, распахнув полы плаща.

— Присели. Так что за письмо? — повторил Суриков.

— У меня нет никакого письма, Леонид Аркадьевич. У меня есть вопросы.

Бывший заместитель генерального директора «Гос-снабвооружения» поднял на собеседника глаза. В них вдруг вспыхнул огонек.

— Я, кажется, знаю, кто вы, — почти прошептал Суриков. — Вы Игнатов.