Шторм

И еще, раз уж я не иду тусоваться с Машкой, буду сидеть здесь, есть пиццу и лечить твои ушибы.

Еще час назад я бесился от невозможности просто подойти и коснуться девчонки. А сейчас она смотрит на меня, чуть склонив голову набок, лукаво и в то же время доверчиво.

«А ты, Шторм, мо-ло-дец!» – горько усмехнулся я, «Вот и стал героем для девочки!».

Телефонный звонок вмешался в нашу с Тоней беседу. Меня ждали на встрече, куда я должен был попасть еще двадцать минут назад.

– Тебе пора? – догадалась Тоня, а я кивнул.

Малышка скривилась, словно не собиралась меня никуда отпускать. А потом просто убила меня тем, что шагнула ближе, легко поцеловала в губы и отступила назад.

Я понял, что потянулся за ней руками. Но заставил себя замереть на месте. Ее близость срывала крышу и сносила все барьеры. А моя рубашка на ее стройном, высоком теле скручивала мои внутренности в тугой узел.

– Привези мне пиццу, Шторм, – скомандовала Тоня и направилась к дивану. Усевшись в него и водрузив раненую ногу на подушку, взяла в руки пульт от телевизора.

Я решил, что должен заставить себя уйти, или пошлю все дела в пень и составлю компанию девчонке. И я был уверен, что мы с ней не ограничимся поцелуями.

Вздохнув, пошел в спальню. Сменил рубашку, а пуговицы застегивал уже в гостиной. Тоня щелкала кнопками пульта, «перескакивая» с канала на канал.

– Ты кое-что забыл! – услышал ее звонкий голос.

Рука девчонки взметнулась вверх. Мой галстук запутался в ее пальцах. И я, хмыкнув, потянул за шелковую ткань.

Я не смог отказать себе в удовольствии: вдохнуть полной грудью аромат этой девчонки. Ее руки пахли гребаной радугой и клубникой.

– Возвращайся скорее, Денис Алексеевич! – шепнула Тоня, а я, повернув голову, взглянул в ее глаза.

Девчонка сидела, откинувшись на спинку дивана и запрокинув голову, и смотрела на меня своими удивительными глазами.

– Как скажешь, Капитоша, – улыбнулся я.

А Тоня скривилась от милого сокращения ее имени.

– Когда-нибудь я переименую свой номер в твоем телефоне! – пригрозила она, а я лишь усмехнулся, повязывая галстук на шее.

Я ушел, оставив девчонку наедине с телевизором. И впервые за всю свою сознательную жизнь торопился вернуться домой. Ведь меня ждали.

* * *Глава 10

В восемь вечера я решила, что травить пиццей мужчину, вернувшегося после работы домой, – дурной тон. И приготовила нормальный ужин.