Сирийский рубеж 3

Перед сном я предъявил Батырову не только за смех, но и за «стрелки» в мою сторону по поводу ПСО. Конечно же, мы отошли с ним в сторону, чтобы я не нарушал субординацию.

— Димон, это что было на совещании? Ты в ПСО не волокёшь?

— Саня, давай не возбухай. Это для твоего же блага, — ответил Батыров.

— Для моего же блага, я должен быть уже в Торске в моей уютной служебной однушке и пить чай с Антониной Белецкой. Ну ладно! Чай мы бы сейчас не пили, а занимались несколько другим делом.

— Скоро будешь. Надо просто, чтоб ты был здесь.

— Кому надо⁈ Тебе⁈ — возмутился я.

Батыров выдохнул и достал сигарету. Похоже он что-то знает о настоящей причине моего пребывания здесь после госпиталя.

— Так, не тяни кота за Фаберже. Быстро говори.

— Ну это я попросил Бунтова. Точнее настоял, чтобы тебя оставили, — сказал Батыров.

— И зачем? Только не говори, чтоб было тебе спокойнее. Мол Тобольский в воздухе, а я тут, на земле, — возмутился я.

— Всё так и есть. Олег Игоревич опытный, но я доверяю только тебе…

Ой, ерунда ерундовая! Бред сивой кобылы!

— Ты мог бы мне лично сам это сказать, товарищ подполковник.

— Правда⁈ — удивился Димон.

— Нет. Пошли операцию будем разрабатывать. Завтра работы много.

Утром подъём был ранний. Лётный состав уже с первыми лучами солнца был готов к запуску. Техники быстро подготовили самолёты и вертолёты.

В это время я уже был на КДП рядом с руководителем полётами.

— О! Здаров! — поприветствовал меня Володя Шохин — бессменный руководитель полётами в Хмеймиме.

— Привет! Готовы? — спросил я, заметив как Владимир разложил план вылетов на сегодня перед собой.

— А то! Не каждый день турку даём просраться, — посмеялся Шохин и встал со своего места.

В зале управления уже стояли индикаторы системы ВИСП-75, с помощью которых группа руководства управляла полётами. Пока что всё было тихо. Запуск дали только для Як-44 и его прикрытия.

Пока я смотрел на стоянку, кто-то докладывал и вызывал Шохина через аппараты громкоговорящей связи. Но он даже не дёрнулся.

— Владимирович, а ты ответить не хочешь пожарной машине? — спросил я.

— Саня, у меня правило. Я ни одну смену не начинаю, пока не налью себе чай или кофе, — ответил он, наливая кипяток в кружку.

Тут на КДП появился и Каргин. Поздоровавшись со всеми, он снял куртку и сверился со временем на больших часах.