Сирийский рубеж 3

У вас осталось 15 минут до начала постановки задач на завтрашний перелёт.

— Не у вас, а у нас. Вы как будто не с нами, — ответил я, заставив Казанова улыбнуться.

В классе постановки задач собрались все командиры вертолётов, а также Батыров и другие заместители командира. Бунтова ещё не было, но штурман уже расписывал на доске расчётные данные на завтра.

Я сел рядом с замполитом эскадрильи Синюгиным, а позади меня был Кеша. И он постоянно чесал свой средний палец, замотанный бинтом.

— Что говорят, Феликс? — спросил я у Синюгина.

— Ничего. Знаем только, что полетим в Хомс и то, что Чагаев завтра утром будет. Наверняка к операции готовимся, — ответил замполит.

— Давно пора, — ответил я, оборачиваясь на Кешу.

Петров продолжал начёсывать палец в тот момент, когда вошёл Леонид Викторович.

— Вольно. Всем доброй ночи. Все готовы к завтрашнему дню? Тогда начнём постановку.

Бунтов успел зачитать под микрофон только сегодняшнюю дату, когда зазвонил телефон на столе.

— Слушаю. Да. Понял, жду. Нет ещё, не начали.

Бунтов выдохнул и оглядел всех.

— Условия изменились. Сирийская армия покидает подступы к Пальмире. Большие отряды попали в окружение и прорываются с боями к авиабазе Тифор. В распоряжение боевиков и артиллерия, и танки, а также оружие и боеприпасы — весь арсенал, который готовился для начала наступления и штурма Пальмиры.

Командир полка вновь снял трубку телефона.

— Оперативный, экипажи Су-24 ко мне в класс предполётных. Да, на вылет, — произнёс Бунтов, повесил трубку и посмотрел на меня. — Экипажам Ми-28 и бортам сопровождения — готовность 1 час.

— Боевая зарядка? — спросил я.

— По максимуму.

Глава 24

Пока Бунтов думал что зачитывать под магнитофон, ему принесли телеграмму из Дамаска. Теперь у него было законное основание отдать нам приказ лететь в район Пальмиры.

В это время я уже давал указания по телефону заместителю по инженерно-авиационной службе эскадрильи майору Гвоздеву.

— Три машины с двумя подвесными топливными баками и мой борт с одним. Блоки с НАРами подвешиваем. Сейчас тебе штурман посчитает кому Б-13Л, а кому Б-8В20, — сказал я в трубку, и передал её подчинённому.

Отпущенное время на подготовку начало таять быстрее, чем мороженое на сирийском солнце.

Ночью Петров чувствовал себя, обычно, бодрым, но не сегодня.

— Сан Саныч, мне надо в туалет.