Сирийский рубеж 3

— А что касается Сардара, то он уже не с нами. На севере страны эти его «новые друзья» из «сирийской национальной армии» в одной из деревень заставили женщин и детей встать на четвереньки, ползти и блеять. Мужчин били автоматами и палками, смеялись, плевали на них. В конце всех людей расстреляли.

Что-то мне это всё напоминает. В моём прошлом так зарождались террористические организации, которые терзали Сирию.

— Но живи сегодня — сражайся завтра. Почему бы нам не отведать десерт, Искандер?

— Я не против.

— Кстати, спасибо вам за закрутки.

Через час Кеша уже не мог ничего есть и пить. Ещё немного и он смог бы нарушить центровку в вертолёте. Меня больше удивило, как он смог столько съесть с повреждённым пальцем.

— Большое спасибо за ужин. Всё было очень вкусно, — сказал я, выйдя с Иннокентием на улицу.

Нас уже ожидал тот самый УАЗ «таблетка» с зашторенными окнами.

— Вам точно хватило? Просто у господина капитана очень хороший аппетит, — переживала мама Аси и Диси.

— Дос… таточно, — сдержал отрыжку Кеша, который еле-еле передвигался.

— Ещё раз спасибо… — сказал я, но прервался из-за звука стрельбы на соседней улице.

Дети, которые бегали вокруг нас, даже не дёрнулись. Будто бы они слышат выстрелы каждый день.

— Не переживайте, Искандер. Соседская семья купила сегодня холодильник. Тут такое часто бывает, — улыбнулся Абдул Муним.

С пустыми руками нас не отпустили. В УАЗ загрузили несколько ящиков апельсинов, лимонов и овощей.

— Рания! Подожди! — услышал я голос одной из женщин, которая побежала за своей дочкой.

Маленькая девочка целенаправленно бежала ко мне с маленькой игрушкой в руках. Оказавшись рядом, она показала мне её.

Это был мышонок, сделанный из пластика. На спинке игрушки была выбита цена 47 копеек. Смуглая девочка в бело-розовом платье продолжала держать мышонка, предлагая мне его взять.

— Спасибо, Рания! — присел я перед девочкой, взяв в руки игрушку.

— Я вам его дарю, господин. Он хороший.

Пока я думал, как отдать мышонка девочке, она крепко обняла меня. Хочется, чтобы у этой малышки было мирное небо над головой, а в её глазах всегда играли озорные огоньки.

— Рания, господину пора, — сказал Абдул Муним и девочка подошла к маме, схватившись за её подол.

Мы ещё несколько раз попрощались с семьёй Султан и залезли в машину.