Шторм моей любви

Даже пришлось «вежливо» объяснить, чтобы ручонки свои подальше держал от нее.

Других достаточно, пусть бегает за ними, а эта занята. Не поймет, так объясню по-другому. Лера бы долго с ним разговаривала, хотя со мной так не церемонится.

За свои годы у меня было много женщин: красивых, лживых и подлых. В юности насмотрелся на родителей: молодую мать, плачущей в комнате от постоянных измен своего мужа и отца, считающего, что все так и должно быть.

Андрей Николаевич женился в 35 лет на несовершеннолетней девочке, забеременевшей в 17 лет.

Возможно, и не женился бы, если бы не влиятельные родители Истоковой, моментально «перекрывшие кислород» семейному бизнесу Грызловых.

Будущего отца заставили взять обязательства, так как капитан в отставке, очень умело надавил на все рычаги своих связей, оставив без вариантов на размышление богатую семейку.

Женившись, отец не стал хорошим семьянином, как бы не гордился, что у него родился сын. Молодая влюбленная женщина старалась делать все, чтобы муж заметил ее: была кроткой, милой, послушной, через время срываясь, устраивая сцены ревности.

Все ухищрения и попытки были бесполезны. Сколько помню себя пацаном, они всегда ругались. Вернее, мать, умоляя отца не быть столь жестоким, в ответ слыша: «…что хотела, то и получила». Через несколько лет она замкнулась в себе, смирившись с тем, что не нужна.

Мне было 14 лет, когда она ушла к Соркину, влюбившись в доброго и отзывчивого мужчину, отвечающего ей взаимностью. В этот же год она родила Риту. Отец был взбешен, рассчитывая уничтожить программиста, что ему не позволили защитники гения, и поэтому он решил наказать ее, лишив общения со мной.

Суды, угрозы и разбирательства – длились бесконечно.

Спустя время отец отправил меня, своего единственного ребенка, в Москву. Окончив училище, поступил в Военный университет.

Помню, в тот момент я ненавидел обоих, бросивших меня одного в столице среди чужих. Отец не приезжал, считая, что так я буду суровей, и запрещал бывшей жене, но она приходила.

Находила пути…

Сидела рядом, видя мое показное безразличие, и сжимая руку, плакала. Каждую встречу. А потом… пришла с маленькой светлой девочкой, усевшейся мне на колени и рассказывающей сказку про Рапунцель и ее длинные волосы. Маргарита поразила своей доверчивостью, добротой и любовью.

В тот момент понял, что у меня есть семья.

После армии, второй год которой проходил в горячих точках, несколько лет прослужив в отряде специального назначения, вернулся домой.