Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 3

– Скверно, – Альмиранте вытащил из розоватой от двух смешавшихся кровей воды свое кольцо и немедленно подбросил. – Не люблю обезьянничать. Что ты еще натворил?"

"– Ничего особенного. Резал картины, хватался за понсонью, прыгал через огонь и пристрелил Давенпорта, остальные не явились.

– И я?

– Тебя я не звал. – Думать он будет завтра. Перебирать видения по крупице и думать, а сейчас ему нужны разве что тюрегвизе и костер. – В этом году с делами все!

– У тебя, может, и все, а мне еще нужно вспомнить дядюшку.

– Начинай прямо сейчас, – Лионель распахнул дверь. «Фульгаты»-сообщники явно ожидали чего-то смачного: ну не просто же так Бешеный втащил в дом лошадь! – Найдите Давенпорта. Завтра после обеда он должен быть у меня. С рапортом.

– Именно завтра, – строго уточнил Ротгер. – Сегодня мы радуемся, причем все. Прикажи им, я недостаточно авторитетен.

– Потому что ты сидишь на столе, – объяснил Ли, вскакивая в седло на глазах «закатных тварей», по всему подозревавших пари.

– Да, Монсеньор!

Поводья маршал разобрать не успел, Проныра сама, без шенкелей, встала в полный сбор[9]. Варастийка была готова к любым подвигам, мало того, она хотела этих подвигов, хотела делать что-то очень нужное всаднику. Вот так и понимаешь – лошадь тебя не просто признала, она твоя!

– Поедем на одной кобыле! – Вальдес изловчился и оказался сзади, – это очень смиренно, к тому же лошадка тебя любит.

– Какая девушка?

– Рыженькая баронесса с эсперой, я слегка за нее отвечаю. От Юлианы в этом смысле никакого проку, только и может научить, как выходить замуж за бергеров, а здесь бергеры не годятся. Тут вообще мало кто годится.

В ответ Ли шевельнул коленом, Проныра, ничуть не возражая против дополнительного груза, затопала по паркету, ловко обходя навощенную мебель. С лестницей и крыльцом варастийка тоже справилась неплохо, понять бы еще, помнит ли она себя огненной? И видел ли сны о пламени Грато?

– Ты задумчив, – сообщил у конюшен Ротгер, – и молчалив.

– Не надо, – рассеянно откликнулся Лионель, любуясь ночным хрусталем. – Вернемся, хорошо бы получить от Проныры и Грато жеребят.

– Конник не может не думать о жеребятах, – со знанием дела сообщил сидящий за спиной моряк.