Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 3

 – Вот так сразу и запомнил?

– В нашем роду случались не менее сложные имена, – объяснил фрошер. – И все же, генерал-интендант вам подозрителен?

– Сам не знаю… – Нужно собраться и объяснить! Объяснишь другому, сам поймешь. – Тошно мне бывает часто, но из-за чего, не пойму, перед рейдом и во время встречи с Оксхоллом было иначе. То, что к китовникам наладились именно интендантские, может быть совпадением. То, что мне не нравятся усы, не значит вообще ничего. «Львы», в смысле адрианианцы, фок Неффе не подозревают, Рейфер с Хеллештерном тоже, им скорее Вирстена удавить хочется, но это другое.

– Кстати, Руперт, вам в последнее время не снилось что-то странное?

– В каком смысле? – растерялся Фельсенбург, наспех припоминая хоть чем-то примечательные сны. – Перед тем, как нас прихватили возле топей, я на кошке скакал и пытался понять, как такое вышло, а чаще всего мне елки снятся.

– Мелкошишечные? – уточнил со смешком Арно. – Или остроконечные?

– Откуда мне знать, елки и елки. В Фельсенбурге ими все горы заросли, наверное, потому мы их на герб и взяли.

– А в ночь на тринадцатый день вам ничего примечательного не снилось? – Придда с мысли елками не сбить, и пушками, похоже, тоже. – Постарайтесь припомнить.

– Вроде нет, а что такое?

– Несколько человек, в том числе мы с Арно, одновременно видели довольно своеобразные вещи.

– Я не видел. – Непонятно с чего стало обидно, так было у моста, когда ушла ведьма. – Всё, лагерь мы обогнули, дальше нам вдоль реки. Бруно устроился в Бархатном форте, он и год назад тут праздновал.

– К сожалению, было, – фрошер смотрел на припорошенные снегом крыши. – Последние два года перевернули почти всё, почитавшееся незыблемым. Мы уже не мы, не те мы, которыми жили бы и умирали, достанься нам другое время. Простите, я не ко времени разговорился.

– Пустое, – вежливо начал Руппи и… вспомнил! – Мне тоже снилось! Именно в ту ночь… Я непонятно как очутился в Эйнрехте, в толпе.