Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 3

– Гады гусячьи, обыкновенные, перелинялые, – припечатал вжавшийся рядом в каменную крошку Кроунер, – раз-де-фи-ли-ровались тут!

Раздефилировавшиеся гады, а их на тропе было уже шестеро, настороженно осматривались, похоже, не знали, куда сворачивать.

– Возьмем без особых хлопот, – обрадовал Раньер, – лишь бы двинулись сюда.

– А куда еще? – откликнулся, предвкушая стычку, виконт, и тут плотный китовник обернулся и призывно замахал шляпой. Спустя полминуты на тропе стало заметно оживленней, и Арно почти захотелось, чтобы дриксы свернули в другую сторону.

– Десятка три, – определил Луи.

– Больше, – порадовал Раньер. – Если рискнут ногами коней и после первых выстрелов рванут вверх, могут и смять.

– А если рассыплются за валунами, как мы, – припомнил торскую науку Арно, – то постепенно выдавят. Или, если упремся, подберутся поближе, и придется рубиться.

О том, что Валентину неплохо бы поспешить, виконт смолчал. Когда пахнет жареным, офицерское спокойствие – что узда на галопе. Лопнет – все, ты больше ни коню, ни себе не хозяин.

– Что-то каракатицы наши задерживаются, – будто нарочно посетовали за спиной.

– Ре-ко-гносцируются, видать.

– И то!

– Будут вам и каракатицы, и медузы, – утешил подчиненных Арно, вытаскивая из-под локтя похожий на кулак белый голыш. Кустарник больше никого не выплевывал, похоже, три с половиной десятка гусиных гадов – это все, оставалось решить, что с ними делать.

– Будем тянуть. – Помощь подойдет, остается ее дождаться. Живыми! – Раньер, все помнишь?

– Да, господин теньент!

Двести шагов. Проверяем мушкет: курок, кремень – в порядке, порох на полке… Пистолеты на плоском камне под рукой, тоже порядок. Сто… На восьмидесяти будет, пожалуй, в самый раз. По плотной группе не промахнешься, да и проплешина в скалах подходящая – валунов мало, прятаться почти негде.

Подавая пример, Арно высунулся из-за укрытия и спустил курок. Толчок в плечо, грохот. Мечется меж скал эхо от десятка выстрелов, валятся всадники, бьются на тропе лошади. Ну же, гуси китовые, скверные, препаршивые, растеряетесь? Как же, растеряются такие!

Не успел ветер полностью разогнать пороховой дым, а тропа, считай, опустела.