Секреты серой Мыши

Налог местный староста, видимо, собирал с излишком, только большей своей частью он оседал в бездонном кармане самого старосты.

Со слов жителей я узнала, что приходилось «бедолаге» кормить еще и двоих зятьев. Не слишком работящих, зато здоровых подраться и с неугодными расправиться. Да и урезанием земельного надела в свою пользу Базиль Марион (на ум тут же пришёл «Буратиновский» кот Базилио) быстро склонял людей к молчанию.

— Да-а, народ здесь и в самом деле не жирует. — размышляла я по пути домой, — В связи с удалённостью от хозяйского имения, в Белем сто лет уже не ступала хозяйская нога.

Чем беззастенчиво пользуется деревенский голова. А вот этот самый бородатый мужик, с которым я беседовала, кстати, знает про свою деревню, кажется, всё. От и до, как говорится. Да и идей сколько дельных высказал. Вот его бы в старосты и назначить. И дело бы на лад пошло.

— Остаётся самая малось. - невесело усмехнулась я своим мыслям, — Заставить Лауру включить мозги и шевелиться.

Домой вернулись уже к ужину.

(Хорошо, хоть догадались взять с собой в дорогу узелок с перекусом.) Перед самым домом шепнула уводящему лошадь Бернару, чтобы передал своему отцу мою просьбу установить каркас в спальне брата, пока я уведу его на кухню.

Встречать нас выбежал хохочущий Тео. Предметом его веселья оказалась деревянная игрушечная лошадка на палке, которую для мальчишки соорудил Стефан.

Утирая сопливый нос рукавом, ребёнок взахлёб взялся рассказывать последние новости. Я, слушая его вполуха, пощупала лоб.

Вроде не горячий. (Опять в голове возникла конкретная цифра. Да что всё это значит?) А Тео всё щебетал, согревая сердце, отвлекая от тяжких дум.

— Да куда ж вы запропастились? Я уже все глаза проглядела! — на пороге, уперев пухлые кулачки в круглые бока стояла Марлен, напуская на себя грозный вид.

— Есть хоти-и-им. — не реагируя на нянькино ворчание, обняла её я.

— И чего тебя только по этим деревням понесло? — продолжала бухтеть пышечка, раскладывая кукурузную кашу по тарелкам, — Чего на месте не сидится-то? Неугомонная.

Только в себя приходить начала — нет бы поберечься. Так нет же — то стирку затеет, то по полям в телеге трясётся.

— Не ворчи, нянюшка, — набитым ртом прожевала я, — пора начинать порядок в баронстве наводить. А то мы такими темпами скоро совсем голыми останемся.

— Мать честная! — аж всплеснула руками Марлен, — Да ты, никак, одна в таком большом хозяйстве управиться решила?

— Почему ж одна? С Лаурой.