Рожденная под темной звездой

Нет, он не дотрагивался. Он брал. Получал своё. Продолжая удерживать девушку рукой и коленом, на котором она едва ли не сидела верхом, вторую ладонь он положил ей на горло, тем самым зафиксировав её лицо. Его губы продолжали пить сладость её рта, стремясь проникнуть в глубины. И Лиза, так же издавая глухие непонятные стоны, приоткрыла рот, впуская его в себя.

И не пожалела.

Их языки встретились и тотчас оттолкнулись, чтобы в следующую секунду снова устремиться навстречу. Поцелуй становился более глубоким, насыщенным.

И у Лизы возникло ощущение, что её не просто целуют, с ней уже занимаются сексом. Настолько сильны были прикосновения и эмоции, возникающие от происходящего. Всё её тело рвалось вперед. Ещё плотнее прижаться к мужскому телу. Слиться, стать одним целым. Рука, легко удерживающая её горло, только добавляла остроты, расставляла точки над ""i"", показывая, кто тут главный, а кто ведомый. На задворках сознания мелькнула мысль, что никто никогда не целовал ее с такой сумасшедшей страстью. Не выворачивал душу и тело наизнанку. Когда кажется, что прикосновений мало, когда одного поцелуя не хватает, когда ты думаешь, что умрешь, если не получишь чего-то большего. Между ног пылал огонь. Кровь бурлила.

Лиза жалобно всхлипнула, когда мужская рука чуть сильнее сжала горло, чтобы мгновением позже метнуться к волосам и вцепиться в косу, дернуть на себя, доставляя легкую боль, окуная в водоворот Его желаний. Его власти. Он так долго ждал... Так долго мечтал... Но даже самые смелые желания меркли перед реальностью.

Он потянул за косу, заставляя девушку наклонить голову, предоставляя его яростному взгляду тонкую шею с прозрачной кожей. Десна зачесались от искушения. В голове Юлиана взорвалась картина - он впивается клыками в яремную вену и делает самый первый, самый сладкий глоток."

"Это оказалось последней каплей. Понимая, что торопится, что делает всё поспешно, рывками, он устремился к краю юбки и задрал её едва ли не на талию Лизы. Чтобы, наконец, добраться до влажных трусиков и ощутить кончиками пальцев её желание.

Юбки Лизы давно не давали ему покоя...

Тонкую преграду в виде кружев он даже не заметил. Утробный стон победителя растворился во рту Лизы, когда пальцы Юлиана скользнули в её влажность. Лиза дернулась, взвилась, вжалась сильнее в стену. Её пальцы заскребли по спине Юлиана, а из горла вырвалось что-то неразборчивое. Рубашка Юлиана откровенно раздражала ее, мешала, но избавиться от этой досадной помехи пока не предоставлялось возможным.